Читаем Принципиальное отличие от нуля (сборник) полностью

Произойти из света, как из ночи,Являясь трижды ароматом трав,Ты не пытайся быть ночей короче,Неважно прав ты был или не прав.Найти и в повседневности причину,И с ней пройти как будто в первый разНа небесах и в таинствах пучины,Чтобы твоих увидеть радость глаз.Для этого я, в общем, и явился,Чтоб жизнь твою с своею заплести,Мне важно то, что я уже родился,И мне с тобой не может не везти.

Где каждое мгновение, как чудо

Мне приходилось слышать много разО том, что всё, увы, не вечно в мире,А бесконечность – это лишь для глаз,Для направления при нужном ориентире.Познав сомнения, я был бы обречёнВ себе уверенность разбить на парадоксы,Взращённый разум обезглавлен палачом,Под крики «Браво!» изумлённых ортодоксов.Трёхмерную спираль, согнув в дугу,Помножив совершенство на удачу,Я в бесконечность верить не могу,Ведь жизнь диктует мне совсем не те задачи.
И обречённость трудно приниматьКак путь единственный (и тут без вариантов),И это нет нужды опровергать,Взяв за основу груду фолиантов.Каков вопрос – такой же и ответ,Зачем, куда и всё-таки, откуда?Твой век отмерен численностью лет,Где каждое мгновение, как чудо.

И состав присяжных неизвестен

Проанализировать нельзяТайный смысл в мир иной ухода,С жизнью мы, как лучшие друзья,
До заката, с самого восхода.Поощряя глупый оптимизм,Смысла бытия мы не находим,Честь для большинства лишь атавизм,Потому, мутируя, уходим.А оттуда, знаем мы, возврата нет,И состав присяжных неизвестен,Прошлое, наверно, не ответ.В будущем, надеюсь, интересней.

И Гитлеру бы у него учиться

Судьбу не трудно предсказатьТого, кто душит свой народ,Кто невиновных истязать
Привык, чтоб продолжать свой род.И малый срок отпущен им,И вряд ли что-то им простится,Не станет лидер наш другим,И Гитлеру бы у него учиться.Но беспощаден будет суд,И трудно воздержаться будетНе плюнуть в рожу тех иуд,Кого на третий день забудут.Погибшим пусть покой небес,Живым пусть будет вечно стыдно,Что захватил власть мракобес,Такой же, как и Гитлер – быдло.

Я не был в сорок первом в Минске

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия
Плывун
Плывун

Роман «Плывун» стал последним законченным произведением Александра Житинского. В этой книге оказалась с абсолютной точностью предсказана вся русская общественная, политическая и культурная ситуация ближайших лет, вплоть до религиозной розни. «Плывун» — лирическая проза удивительной силы, грустная, точная, в лучших традициях петербургской притчевой фантастики.В издание включены также стихи Александра Житинского, которые он писал в молодости, потом — изредка — на протяжении всей жизни, но печатать отказывался, потому что поэтом себя не считал. Между тем многие критики замечали, что именно в стихах он по-настоящему раскрылся, рассказав, может быть, самое главное о мечтах, отчаянии и мучительном перерождении шестидесятников. Стихи Житинского — его тайный дневник, не имеющий себе равных по исповедальности и трезвости.

Александр Николаевич Житинский

Поэзия / Фантастика / Социально-психологическая фантастика / Социально-философская фантастика / Стихи и поэзия
Яблоко от яблони
Яблоко от яблони

Новая книга Алексея Злобина представляет собой вторую часть дилогии (первая – «Хлеб удержания», написана по дневникам его отца, петербургского режиссера и педагога Евгения Павловича Злобина).«Яблоко от яблони» – повествование о становлении в профессии; о жизни, озаренной встречей с двумя выдающимися режиссерами Алексеем Германом и Петром Фоменко. Книга включает в себя описание работы над фильмом «Трудно быть богом» и блистательных репетиций в «Мастерской» Фоменко. Талантливое воспроизведение живой речи и характеров мастеров придает книге не только ни с чем не сравнимую ценность их присутствия, но и раскрывает противоречивую сложность их характеров в предстоянии творчеству.В книге представлены фотографии работы Евгения Злобина, Сергея Аксенова, Ларисы Герасимчук, Игоря Гневашева, Романа Якимова, Евгения ТаранаАвтор выражает сердечную признательнось Светлане Кармалите, Майе Тупиковой, Леониду Зорину, Александру Тимофеевскому, Сергею Коковкину, Александре Капустиной, Роману Хрущу, Заре Абдуллаевой, Даниилу Дондурею и Нине Зархи, журналу «Искусство кино» и Театру «Мастерская П. Н. Фоменко»Особая благодарность Владимиру Всеволодовичу Забродину – первому редактору и вдохновителю этой книги

Алексей Евгеньевич Злобин , Юлия Белохвостова , Эл Соло

Театр / Поэзия / Дом и досуг / Стихи и поэзия / Образовательная литература