Принципы назначения наказания

Мнения по этому вопросу среди юристов самые разнообразные. Многие авторы полагают, что законодатель при построении той или иной санкции (определяя вид и размер уголовного наказания) учитывает лишь тяжесть преступления (общественную опасность того или иного преступления)[464]. Так, например, А. Б. Сахаров пишет: «Известно, что степень общественной опасности обусловливает установление за него в законе соответствующего вида и размера (чаще всего пределов) наказания — санкции. Санкция — это законодательная оценка тяжести преступления»[465]. В санкции уголовно-правовой нормы выражается законодательная оценка характера общественной опасности деяния, а ее пределы должны отражать возможное различие в степени общественной опасности конкретных преступлений[466].

Некоторые считают, что при определении вида и размера уголовного наказания необходимо учитывать также личность виновного[467]. Например, по мнению Н. А. Костанова, «конструкция санкций статей Особенностей части уголовного закона должна обеспечивать возможность для суда адекватного назначения наказания, ибо эти санкции есть наказания, соответствующие тяжести содеянного и личности виновного»[468].

А. Н. Игнатов, в отличие от других авторов, расширяет основание построения уголовно-правовых санкций. Он утверждает, что «установление оптимальных размеров санкций должно основываться на учете многочисленных факторов (степень общественной опасности и распространенность деяния, объективные и субъективные признаки преступления, общественное, в том числе профессионально-групповое, правосознание, отражающее социальную справедливость и целесообразность)»[469]. Однако и по его мнению санкции уголовного закона отражают прежде всего государственную оценку степени общественной опасности того или иного преступления, а также линию уголовной политики в конкретных исторических условиях[470].

Заслуживает внимания мнение по этому вопросу Н. А. Беляева: «Санкции уголовных законов должны строиться на прочной основе таких принципов, как соответствие наказания тяжести и характеру преступления, индивидуализация наказания, экономия средств уголовной репрессии»[471].

Нет единства мнений среди ученых и по поводу форм и способов конструирования оптимальных размеров уголовно-правовых санкций. Так, М. И. Ковалев считает, что «наказание внутри отдельных преступлений следует определить, согласуясь с санкциями другой, более общественно-опасной группы преступлений. Например, санкции за преступления против отдельных прав и интересов граждан следует определять в зависимости от санкций, устанавливаемых за преступления против жизни и здоровья личности, санкций за преступления против социалистической собственности, с одной стороны, и за преступления против личности — с другой»[472].

П. П. Осипов полагает, что «при построении и применении уголовно-правовых санкций следует избегать односторонности и стремиться к диалектическому сочетанию внешне противоречивых (но внутренне согласованных в силу принадлежности к единому целому — гуманизму) требований, соблюдение которых, с одной стороны, ведет к утрате наказанием элементов жестокости, а с другой — препятствует превращению его в сентиментально-либеральную меру, проникнутую духом абстрактного гуманизма, пекущуюся лишь об интересах лица, совершившего преступление»[473].

«Санкции должны быть построены так, чтобы за более тяжкое преступление нельзя было бы в пределах санкции назначить более мягкие наказания, чем за однородное менее тяжкое преступление», — отмечает Н. А. Беляев[474].

Другие авторы утверждают, что важным условием формирования санкций является соблюдение их внутреннего единства и согласованности, что означает подбор по каждой категории преступлений таких видов наказания, которые отражали бы характер и соотносительную общественную опасность одних преступлений сравнительно с другими и обеспечивали выполнение упомянутых выше задач[475].

И. М. Гальперин не без основания обращает внимание на изучение личностных свойств субъектов соответствующих деяний, так как, по его мнению, для решения вопроса о границах наказания надо знать, к какому контингенту лиц оно будет реально применяться[476].

Чрезвычайно важно также определение максимальных и минимальных границ уголовно-правовых санкций, так как перспективность применения лишения свободы в первую очередь зависит от их обоснованности.