Во-первых, идентификация школ и курсов. Архивные документы, к сожалению, не всегда позволяют точно определить, какую именно категорию полицейских или «добровольцев» готовят в том или ином учебном заведении. В таком случае используются унифицированные (адаптированные) понятия «школа полиции» или «школа по подготовке комсостава» (которые также используются в архивных документах), хотя это и не совсем корректно. Тем не менее прослеживается четкое разделение на вышеназванные категории и разведывательно-диверсионные школы, которые готовили шпионов, диверсантов и террористов.
Во-вторых, широкий профиль подготовки в данных школах. Помимо основных дисциплин, в некоторых школах преподавались такие курсы, как сбор разведданных, методы террора и диверсии и др. Таким образом, выпускники школ могли направляться на службу не только в качестве полицейских, но и являлись потенциальными разведчиками и диверсантами. В августе 1942 г. разведывательно-диверсионной группой «Вперед» были разоблачены трое военнопленных. При обыске у них нашли военные документы, обязывающие «комендантов оказывать им содействие» в выполнении спецзаданий. В итоге все трое признались, что «окончили спецшколу полиции в Могилеве» и были засланы с целью разведки[1503]. Таким образом, окончание школы по подготовке полицейских или командного состава не гарантировало работу по профилю обучения. Подготовленные кадры могли использоваться в качестве разведчиков или в карательных операциях против местного населения. Например, из 33 человек так называемого смертного взвода Гресской полиции, который занимался сожжением деревень и уничтожением мирных жителей Паликаровского сельского совета, 10 человек в свое время окончили 3-месячные курсы полицейских в Вилейке [1504].
В-третьих, это виды школ и курсов. Можно выделить стационарные (в Минске, Вилейке), временные (м. Попарное, Уречье) и курсы при добровольческих формированиях (например, школа прапорщиков в Докшицах при бригаде В. Гиль-Родионова[1505] или школы (курсы) фельдфебелей при 1-ми 2-м украинских батальонах[1506].
Исходя из вышеуказанного, можно с разной долей информативности и уверенности говорить о следующих выявленных школах и курсах по подготовке кадров для полицейских органов и военно-полицейских формирований на территории Белоруссии:
1) Курсы комсостава для Белорусского корпуса самообороны (БКС) в Барановичах[1507].
2) Школы (курсы) в Бобруйске. В кратком обзоре «О положении на оккупированной территории Могилевской области» (апрель 1943 г.) отмечалось большое значение, «которое немцы придают полиции и разведслужбе», а о масштабах их работы «можно судить по широкой сети школ, созданных ими…, в частности в Могилевской области. Школы для обучения младшего и среднего комсостава выявлены партизанской разведкой в Могилеве, Бобруйске, Горках»[1508]. В июне 1943 г. разоблаченный полицейский В. Пищулин показал, что 9 апреля 1942 г. он с группой лиц был вызван в Бобруйск, в районную полицию, где проходил 2-недельное обучение на курсах полицейских. Вместе с ним там обучались 96 человек. Руководителем курсов был Петровский – заместитель начальника областной полиции Бобруйска [1509].
3) Школа (курсы) комсостава полиции в Борисове. О деятельности подготовительных курсов в городе сообщил разоблаченный в январе 1944 г. полицейский Н. Лавник. Он рассказал, что начальник районной полиции Борисова Ф. Кабаков[1510] его и еще 5 полицейских послал «для прохождения курсов командного состава полиции». Всего обучалось около 40 человек. Программа включала изучение немецких команд (строевая подготовка) и идеологию (прививали ненависть к советской власти). Также осуществлялись практические занятия с выездом в гарнизоны. Обучение проходило в бывшем доме пионеров по Минской улице, недалеко от здания тайной полевой полиции. Закончились курсы в конце августа (то есть около 2 месяцев)[1511]. Разоблаченный сотрудник Могилевского СД В. Курочкин сообщил, что в Борисове с февраля по апрель 1944 г. было подготовлено 3 выпуска «месячных курсов по подготовке оперативников гестапо и помощников следователей из полицейских»[1512].
4) Курсы комсостава для БКС в Браславе[1513].