Прогулки с Андреем Толубеевым. Записки театрального дилетанта

— Ну, это мне очень знакомо, — засмеялся Андрей, — зимой к моей даче ни пройти, ни проехать. Только летом можно пожить, а лето короткое…

Наши власти любят ссылаться на опыт западных стран, в основном Америки. Но не любят упоминать о том (а российские специалисты хорошо это знают!), что в США восемьдесят процентов граждан живут в односемейных домах с приусадебными участками. То же и в Англии. На рубеже 19–20 веков в Англии возникла идея города-сада, как альтернатива традиционному западноевропейскому городу, к тому времени быстро перерождавшемуся в промышленный мегаполис.

В 20 веке эта идея получила громадное распространение на Западе. Один по-настоящему умный американец, Билл Левитт, создал альтернативу тому, что у нас называют «хрущобами» — дешевыми многоквартирными домами для простонародья. Вместо маленьких квартир в США было начато строительство дешевых односемейных домов с участками. Стандартный дом для американца 20 века из «нижнего среднего» класса: семьдесят четыре квадратных метра, четыре яблони, холодильник и телевизор, с рассрочкой платежа на двадцать-тридцать лет под десять процентов годовых. Сейчас этим домам уже более полувека.

Разумеется, американский дом гораздо дешевле русского по природно-климатическим условиям. Дом системы Левитта строился без фундамента, с тонкими стенами — в нем тепло, грунт не промерзает и не раскисает. Но и у нас на Руси был Лубяной торг — массовое деревянное срубовое жилье, которое продавалось готовым к сборке, а собиралось очень быстро. Из таких «полуфабрикатов» при Иване Грозном был выстроен город Свияжск.

И сейчас у нас строительство дома из бруса «под ключ» обойдется чуть ли не на порядок дешевле, чем покупка квартиры. Нужна только политическая воля, чтобы остановить рост крупных городов и наделить всех желающих, или хотя бы молодоженов, участком под односемейных дом. Разве это не национальная идея, в поисках которой сбились с ног наши политики и социологи? Заодно и расходов станет поменьше. И отношение к браку будет более ответственным, особенно у мужчин: ведь семейная жизнь начинается с общего дела — строительства семейного дома, а ничто так не сближает, как совместная ответственная деятельность.

— А почему же только для вступающих в брак? А как же быть с остальными?

— Ну, надо ведь с чего-то начинать. Я лично убежден, что такие участки нужны всем, кто хочет взять землю и способен ее оплатить. Билл Левитт утверждал, что «если у человека есть свой дом и участок земли, то он никогда не станет коммунистом — ему и без того есть чем заняться…»

Это был человек с вполне обычной для американца биографией. Его отец, нью-йоркский адвокат Абрахам Левитт, владел небольшой строительной фирмой и остро нуждался в помощниках. Он убедил своего сына, двадцатилетнего Билла, бросить университет и поступить в фирму отца.

Однако есть и другая версия — Билл просто не хотел учиться. В интервью американской газете он признался, что с раннего возраста хотел разбогатеть. «Я просто не знал покоя, — говорил Билл. — Очень уж мне хотелось иметь большой автомобиль и роскошно одеваться.

В конце двадцатых годов США находились на вершине экономического подъема. Ценные бумаги постоянно росли, и Билл вознамерился стать финансовым брокером — этот путь в богачи казался ему наиболее коротким. К счастью, этой мечте не суждено было осуществиться — финансовый рынок Америки вскоре рухнул, и биржевые спекулянты один за другим стали терять работу, деньги и перспективы. В свои двадцать два года Билл уже возглавлял небольшую строительную компанию. Отец обеспечил сыну начальный капитал и скромно отошел в сторонку. В обязанности Билла входили менеджмент, финансы и реклама. Младший брат Альфред проектировал дома; впоследствии он жаловался, что вся слава досталась старшему брату.

Первый городок «левитттаун» — так сразу же окрестили его американцы — появился в конце сороковых годов неподалеку от Нью-Йорка. Но еще до этого события у семьи был опыт подобного строительства: во время второй мировой войны они построили 750 домов для офицеров в штате Вирджиния — и уже тогда была применена конвейерная сборка жилья.

Билл стал одним из тех, благодаря кому «американская мечта» стала реальностью для миллионов жителей США и возникла так называемая «одноэтажная Америка». Он поставил каркасное домостроение на промышленную основу, привлек в помощь правительство страны и убедил миллионы американцев, что жить за городом в собственном доме намного лучше, чем в тесной городской квартире.

В конце шестидесятых он стал одним из богатейших людей Америки. В 1968 году он неудачно продал свою компанию, потом попытался внедрить свой опыт в других странах, и тоже неудачно. Долги его росли, пришлось продать огромный особняк, роскошную океанскую яхту «Ла белла Симона», названную так в честь своей третьей жены, а также ее бриллианты, парк автомобилей и т. д. Он не стал, конечно, нищим, и вовсе не считал себя неудачником, наоборот, говорил: «Еще чуть-чуть, и я снова буду на плаву…»