Читаем Прогулки с Андреем Толубеевым. Записки театрального дилетанта полностью

Какие бы нам во времена «светлого прошлого» страшилки капитализма не рассказывали, но эгоизм — бранное слово и там, где превыше всего свобода личности и частной инициативы. Больше того, эта свобода на том и стоит, что свободолюбивые граждане обязуются чтить гарантированное законами непреложное правило: твоя свобода не должна мешать свободе других. Таков главный общественный договор, который касается, в том числе, и предпринимательства, и, в целом, управления экономикой. Соблюдается он, конечно, как все и везде, не без исключений. Но вот в российском варианте пока что как раз они — исключения из этого общепринятого в странах свободной экономики правила. А потому еще большая фантастика, чем секретный сговор всех строителей растить без удержу цены на жилье в своих домах, реальные причины этой дороговизны.

Андрей, когда я ему рассказывал о них, только изумленно округлял глаза, покачивал головой — как бы не в силах поверить в такое. И неопределенно улыбался. А я, глядя на него, на неподдельную эту реакцию, и сам проникался какой-то тоже неправдоподобностью того, что с нами происходит, хотя приводил при этом, конечно же, самые что ни на есть конкретные цифры и факты.

Цены на любом рынке колеблются, как известно, в зависимости от спроса и предложения. Растут, когда первого больше, второго меньше. И снижаются, когда все происходит наоборот. А жилье — давний и самый острый в родном отечестве дефицит, значит строить надо, как можно больше. Что вполне совпадает с интересами и строителей, и покупателей. Подсчитано: чтобы все российские граждане были обеспечены хотя бы элементарным современным жильем, имеющийся жилищный фонд надо увеличить на сорок шесть процентов. Темпы во многом зависят от организации дела. А у нас только на подготовительный период, включающий оформление документации для начала строительства, из-за примитивной бумажной волокиты, уходит не один год. Это притом, что международные нормы продолжительности таких процедур всего несколько месяцев. Но мало того, что сама волокита удорожает строительство, поскольку «время — деньги», себестоимость растет вместе с непроизводственными издержками. Только, примерно, половина ее — это расходы «на стройку», остальное — плата за массу обязательных услуг, которые дорожают наперегонки одна за другой. Как, например, «получение и исполнение технических условий по подключению объекта к сетям», которое сегодня стоит до трех тысяч рублей за квадратный метр. А это около пяти процентов общей себестоимости строительства многоквартирного дома.

Андрей, когда я сообщил ему об этом, не понял.

— Столько всего лишь за подключение к каким-то новым специальным энергоисточникам?

И несказанно удивился, когда услышал от меня, что никаких новых источников в таких процедурах обычно не участвует. Что плата просто за элементарное подключение: рубильником и, в основном, к станциям, работающим еще с советских времен. Выслушав это все, Андрей мрачно хмыкнул:

— Бред.

Я же подумал: как же мы ко всему, в конце концов, привыкаем и начинаем принимать незаметно для себя откровенную обдираловку, как данность, от которой никуда не деться. А потому с ней надо, ничего не попишешь, как-то жить, как-то к ней прилаживаться. А она потому и живет, что к ней прилаживаются. Но вот стоило новому несведущему человеку взглянуть на безобразия, что называется, свежим глазом, и все стало на свои места.

— Андрей, как ни назови, а вот так за последние годы сложилась структура себестоимости в нашем строительстве жилья. Строим, скажем, обычный многоквартирный кирпично-монолитный дом. Значит, надо готовиться к следующему раскладу. О сказочных взносах за подключение к сетям сказал. Дальше. Десять процентов, а это около пяти с половиной тысяч рублей за квадратный метр будущего дома, уйдет за получение права на участок; пятьдесят два процента — около тридцати тысяч за метр — собственно стройка: строительно-монтажные и проектно-изыскательские работы; пять процентов — три тысячи двести за метр — стоят услуги государственных согласующих организаций; десять процентов — пять тысяч двести за метр — кредиты; пять процентов — три тысячи двести пятьдесят за метр — организация продаж. В итоге, себестоимость квадратного метра нашего дома составляет пятьдесят пять тысяч рублей. Из которых только тридцать пять тысяч сто рублей — расходы чисто строительные.

Перейти на страницу:

Похожие книги

«Смертное поле»
«Смертное поле»

«Смертное поле» — так фронтовики Великой Отечественной называли нейтральную полосу между своими и немецкими окопами, где за каждый клочок земли, перепаханной танками, изрытой минами и снарядами, обильно политой кровью, приходилось платить сотнями, если не тысячами жизней. В годы войны вся Россия стала таким «смертным полем» — к западу от Москвы трудно найти место, не оскверненное смертью: вся наша земля, как и наша Великая Победа, густо замешена на железе и крови…Эта пронзительная книга — исповедь выживших в самой страшной войне от начала времен: танкиста, чудом уцелевшего в мясорубке 1941 года, пехотинца и бронебойщика, артиллериста и зенитчика, разведчика и десантника. От их простых, без надрыва и пафоса, рассказов о фронте, о боях и потерях, о жизни и смерти на передовой — мороз по коже и комок в горле. Это подлинная «окопная правда», так не похожая на штабную, парадную, «генеральскую». Беспощадная правда о кровавой солдатской страде на бесчисленных «смертных полях» войны.

Владимир Николаевич Першанин

Биографии и Мемуары / Военная история / Проза / Военная проза / Документальное