Происхождение человека и человечества.

Гибсон (Gibson, 1979), основоположник теории непосредственного восприятия, в которой он утверждал, что информация необходимая для осуществления каких-либо действий в определенном окружении, полностью содержится внутри объектов, и что наше восприятие больше ни в чём не нуждается. Скорее всего, такое восприятие относится к ранним стадиям онтогенеза и об этом же говорят лабораторные исследования учёного с использованием «визуальной пропасти»*. Опыты показали, что дети не ползали над «глубокой пропастью» и Гибсон в связи с этим сделал вывод, что распознавание признаков глубины и избегание падения – врождённые качества. Да, они врождённые, но они – то, как раз и возникли только как видовое поведение тогда, когда детёныши предгоминид, а затем и гоминид плавали на мелководье возле своих матерей. В глубоких местах водоёмов всегда для них таилась опасность, поэтому и закрепилась генетически боязнь глубины. А современные дети-ползунки как падали с диванов, стульев, столов и других возвышенностей, так и падают, приобретая опыт вертикальной пространственной ориентации, набивая себе синяки и шишки в лучшем случае.

Плавание и ныряние детей грудного возраста, это не просто научение, а поднятый из - под сознания внешними раздражителями пласт видового поведения. Это подтверждает и то, что дети с самого рождения привыкшие к жизни в водной среде, намного опережают в развитии своих сверстников, не испытавших на себе всю прелесть такой жизни. Рефлекс задержки дыхания без стимуляции постепенно пропадает и этому приходится потом учиться заново.

Таким образом, мы теперь с вами на основании выше озвученных косвенных доказательств, договорились, что детёныши гоминид умели плавать и нырять. В таком случае мы просто не можем отказать в этом и взрослым особям. Некоторые морфологические критерии просто кричат об этом. Ведь человек, единственный из приматов который умеет не только плавать, но и нырять. Человекообразные обезьяны совершенно не умеют этого делать, потому, что носовые отверстия у них постоянно и широко открыты. Если нашего родственника шимпанзе или гориллу бросить в воду, то он очень быстро утонет из-за того, что вода через открытые ноздри будет сразу попадать в легкие. Поэтому в зоопарках обезьяньи территории огораживают рвом с водой. Это гарантирует то, что приматы никуда не уйдут. Из этого можно сделать вывод, что гоминидам, чтобы плавать и нырять, необходимо было такое устройство, которое не допустило прямого попадания воды в легкие. Поэтому у них, конечно путём естественного отбора, появился нос, да ещё и с крыльями ноздрей, которые могли запирать носовые отверстия. Можно предположить, что рефлекторное закрытие ноздрей происходило или при резком вдохе, когда нужно срочно погрузится под воду, или при медленном вдохе при полном заполнении легких. Их мышцы действуют и сейчас, правда, частично атрофировались и во время жизни на суше поменяли ориентацию. Они стали действовать больше на открытие для улавливания окружающих запахов и меньше на закрытие.

 Мы уже упоминали обезьян носачей мангровых зарослей Индонезийского острова Калимантан. Само видовое название говорит о том, что эти обезьяны имеют не просто два отверстия служащих для засасывания воздуха при дыхании или при определении запахов, а нормальный вырост на мордочке. У самок носик маленький, а у самцов носачей великолепный «отросток», непропорционально большой по сравнению с мордочкой. Обезьяны носачи прекрасные плавцы. Были случаи, когда их встречали далеко в море куда-то плывущим по своим обезьяньим делам.

У человека, усреднённый размер носа женщин меньше чем у мужчин. Вполне возможно, что такое же соотношение размеров этого органа было и гоминид. Хотя, кто его знает, ведь хрящи не сохраняются. При возникновении опасности или при доставании пищи с глубины, нос давал возможность нырять и находится на глубине столько, сколько позволял дыхательный аппарат. Гоминиды, при возникновении, опасности ныряли и уплывали (вместе с детёнышами) будь-то заросли полуводных растений-гидрофитов, затопленное дерево, обрыв, нависающий над водоёмом, да мало ли какие убежища может найти существо, прекрасно ориентирующееся на своей территории, имеющее довольно развитый головной мозг и мобильную нервную систему. Чем дольше этот полуводный примат мог продержаться под водой, тем больше вероятность спасения от скрадывающего его хищника. В поисках пищи на глубоких местах водоёмов, умение долго находится под водой, имело большое значение, хотя бы тем, что позволяло обследовать большую площадь дна. То, что гоминиды могли, по современным меркам, долго находиться под водой говорят морфофизиологичкие признаки и способности, которые имеет или приобретает в процессе определённых тренировок современный человек.