Описанные моменты из жизни хабилисов - подростков, затем и у других представителей уже гоминин сукцессионного ряда, был настолько важен, что дошел до наших дней. В наше время мы не обращаем на него внимания из-за других психологических наработок психологов и педагогов, современных профессионалов в этой области, которые по-другому представляют нам проблему переходного возраста, опираясь в своих суждениях на современные понятия жизни подростков в социуме, а надо бы. Правда, недавно в прессе промелькнуло сообщение из Германии, где в качестве эксперимента в подростковые, неблагонадежные группы были внедрены старшие по возрасту юноши, когда-то осужденные за преступления, но вставшие на путь исправления. Это имело очень положительный эффект потому, что для подростков они были авторитетом и подчинялись им во многих вопросах.
Мы уже знаем, что подростковые группы существовали отдельно от взрослых, еще со времен формирования гоминид, к чему они стремятся и сейчас. Изучение удовлетворенности как сложного интегрального динамического образования личности было выявлено, что удовлетворенность отношениями с родителями в период с 11 до 14 лет была без изменения и находилась на довольно низком уровне по отношению к другим видам удовлетворенности. К 15 – 16 годам удовлетворенность отношениями с родителями вообще не имеет связи, а вот опыт и наблюдение за подростками, в наши дни, говорит о том, что старшие с некоторым жизненным опытом или наиболее активные и энергичные из сверстников являются более авторитетными, чем взрослые.
В тот период вырабатывался определенный психологический момент, когда информация как бы забегала вперед развития и по этой причине имела большой эффект в обучении. Память, навыки и безусловные рефлексы тянутся за информацией. Это в настоящее время изучается психологией детства и названо зоной ближнего развития. А начало ему было в те времена начинающих хабилисов - охотников. Это был одним из основных этапов обучения охотничьим премудростям.
Театрализованное представление (прототанец) конкретной охотничьей операции на конкретного животного при какой-то определенной обстановке, стало вырабатывать, как мы уже отметили, и определенные реакции. Тоже самое происходило и при прочих эпизодах, в иных мероприятиях, даже не похожих, в общем информационной поле на обучаемые моменты действия. Подростки гоминид, а затем и гоминин просто должны были генерализировать свои реакции, обобщая их в единый процесс. Правда, для того чтобы различать процессы и способы охоты необходимо было и четкое дифференцирование эпизодов, поэтому им необходимо было на подсознательно интуитивном уровне усвоить сам принцип обучения, лежащего в основе решения каких-то конкретных задач. После освоения принципов определенных этапов охоты, процесс обучения шел несколько быстрее, но это были психологические достижения уже архантропов, а может быть даже палеоантропов.
Строгая регламентированность охотничьих приемов и процессов всегда была подкреплена авторитетом главного доминирующего звена, которое брало на себя основную «боевую задачу». Как мы только что говорили, уже стали активно формироваться запреты, которые пресекали в охотничьем мероприятии другие способы достижения результата, кроме как установленные наработанными сценариями, которые контролировались старшими охотниками. Это в будущем, уже у Homo sapiens, перерастет из отдельных прототабу(187) палеоантропов в систему табу человека, авторитет вождя и, наконец, в авторитет власти подкрепленной доминантными отношениями. Такой механизм функционально-ролевого влияния не отражался на гибкой системе доминирования в популяциях гоминид, так же как и сейчас такое групповое влияние не исключает возможности субъекта оказывать на других людей определенное индивидуальное влияние, например, такое как возбуждение доминантных отношений.
В других вопросах бытия, как мы только что отметили, конечно, обучаемые сами решали проблемы освоения действующих социальных моментов в коллективах, что происходило в зависимости от их индивидуальных возможностей. В большей степени это касалось новых для популяции форм адаптаций называемых инновациями, которые касались зачатков хозяйственной деятельности и добывания пищевых компонентов не связанных с коллективной охотой и изготовлением орудий труда, как застывших форм общественной деятельности. Некоторые инновации адаптировавшие гоминид в каких-то секторах протокультуры, к окружающим условиям передавались из поколения в поколения, в конечном итоге становясь протокультурными традициями.(188) Всплеск инноваций всегда был связан с отрицательными изменениями условий окружающей среды. С длительными понижениями или повышениями температуры воздуха, изменением ландшафтов, количества и качества пищевых ресурсов, новых пищевых компонентов питания и т. д.