Происхождение. Как Земля создала нас

Западная степь, она же Понтийско-Каспийская, тянется с Карпатских гор и от устья реки Дунай; с юга она ограничена Черным морем и Кавказскими горами и идет до того самого места, где Уральские горы подходят всего на несколько сотен километров к Каспийскому и Аральскому морю. (Островок травы на западе создает Альфельд, отрезанный от основного степного пояса Карпатами.) Центральная, или Казахская, степь идет от Урала до Тянь-Шаня и Алтая, между которыми расположен Джунгарский перевал, где проходило северное ответвление Великого шелкового пути. За Джунгарским перевалом через Монголию тянется Восточная степь, которая идет вдоль северной границы пустыни Гоби в Маньчжурию до границы лесов, окаймляющих побережье Тихого океана[449].

Степь не назовешь удобной средой для обитания человека. Перепады температур между сезонами очень велики. В летний зной может быть до 40 °C, а если и выпадает дождь, то только в виде ливней с грозами. Зимой под безоблачным небом в степи стоят морозы до –20 °C, а то и меньше, земля покрыта толстым слоем снега, к тому же дует пронизывающий ветер, от которого на плоской равнине негде укрыться. А главное – помимо неприхотливой травы, которую наш кишечник не переваривает, в степи почти ничего не растет, поэтому она мало что может дать охотникам-собирателям и представляет собой непреодолимое препятствие для пеших переходов. Чтобы выжить в степи, нужна мобильность, а также способ добывать пищу.

Экологическая зона степей, тянущаяся через хребет Евразии

Изображение создано автором этой книги в программе Mathematica 11.0 на основании данных о протяженности степей из Jiao (2017), а Великая Китайская стена отмечена в соответствии с картой, нарисованной Максимилианом Деррбекером (https://commons.wikimedia.org/wiki/File:Map_of_the_Great_Wall_of_China.jpg).

Точно так же, как верблюд был идеально приспособлен к пустынным поясам Земли, травянистые степи, тянущиеся через Центральную Евразию, обеспечивают идеальную среду обитания для лошади. После завершения последнего ледникового периода за время с 14 000 до 10 000 лет назад популяция диких лошадей в мире резко сократилась. В Северной Америке лошади вымерли, а когда на планете потеплело, исчезли и с Ближнего Востока. С отступлением ледниковых щитов на месте просторных сухих степей в Северной Европе появился густой лес, и в Европе лошади сохранились только в нескольких изолированных регионах, где остались естественные пастбища. Но в степях Средней Азии лошади и их родичи из семейства лошадиных стали самыми многочисленными травоядными животными, и здесь на них охотились неолитические племена. Археологические находки показывают, что более 40 % мяса в их рационе составляло мясо лошадиных.

Более того, поначалу лошадей и одомашнивали ради мяса, а не для перевозок. Крупный рогатый скот не щиплет траву, если не видит ее под снегом, а у овец нежные носы, поэтому они могут пастись, только когда снег очень мягкий. Поэтому и те и другие зимой обречены на то, чтобы просто стоять и умирать с голоду, даже если фураж будет у них прямо под ногами. А лошадь, напротив, прекрасно приспособлена к жизни в холодной степи и способна пробить копытами даже оледенелый слежавшийся наст, чтобы добыть из-под него прошлогоднюю траву; кроме того, она инстинктивно знает, где разбить лед, чтобы добраться до питьевой воды. В сущности, побудительным мотивом начать одомашнивать лошадей могла стать для наших предков перемена климата, в результате которой зимы в Евразии стали холоднее[450]. Вероятно, жителям степей к северу от Черного и Каспийского моря это удалось уже к 4800 году до н. э.[451]

Люди научились укрощать этих животных и ездить на них, и это полностью преобразило нашу цивилизацию. Как мы знаем из главы 3, одомашнивание жвачных животных – овец и крупного рогатого скота – подарило людям способность превращать траву в питательное мясо и молоко. Однако у оседлых крестьян есть лишь ограниченные площади под пастбища для их скота, да и те быстро истощаются. А верховые скотоводы получают в свое распоряжение обширные просторы, заросшие травой, и к тому же могут управлять стадами гораздо большей численности и перегонять их значительно дальше. Кроме того, около 3300 лет до н. э. в Месопотамии изобрели повозки со сплошными колесами, запряженные волами[452], и жители степей, переняв это новшество, смогли брать с собой в дорогу все необходимое – запасы пищи и воды, шатры, где можно укрыться, и подолгу кочевать со своими стадами по травянистым просторам[453]. Это выигрышное сочетание травоядного копытного скота, быстрого перемещения верхом на лошадях и повозок, запряженных волами и служивших передвижными домами, открыли степи для заселения человеком[454].