Происхождение. Как Земля создала нас

Ирригационное земледелие для культивации зерновых возможно лишь в более плодородных регионах вдоль немногочисленных рек, пересекающих степи. Поэтому в целом здесь жили племена кочевников-пастухов: они разводили скот и постоянно передвигались вместе со своими стадами от пастбища к пастбищу, следуя за сменой времен года[455]. К тому же ландшафт степей позволяет перемещаться по суше практически беспрепятственно. Тектонически центральная часть Азии – это древний массив, отшлифованный до плоского состояния в результате эрозии и не затронутый недавними столкновениями плит. Если для южной части Евразии характерны огромные горные цепи, степная полоса, тянущаяся посередине континента, в целом лишена подобных барьеров. Единственное исключение – Уральские горы, одна из немногих горных цепей в Азии, которая идет с севера на юг[456]; они разделяют Западную и Казахскую степь и ограничивают продвижение – попасть за них можно лишь по узкому проходу между их нижней оконечностью и Каспийским морем[457]. Однако, помимо Урала, в степях нет естественных преград вроде болот и лесов. Всадники и повозки могут легко странствовать по степи, превращая их в просторное природное шоссе, которое протянулось через весь континент и в результате сформировало историю Евразии в целом.

Эти кочевые племена вступали в сложные отношения с сообществами оседлых земледельцев по границам континента – от мирного, пусть и напряженного, сосуществования до вооруженных конфликтов. Они торговали своим скотом и продуктами скотоводства – коровами и волами, овечьей шерстью, а особенно лошадьми, которых выращивали в степях огромными табунами. Кроме того, они нанимались в армии евразийских цивилизаций, зачастую помогая оборонять их границы от вторжения других кочевых племен. От купеческих караванов, пересекавших их земли, они требовали денег за покровительство, а если те отказывались платить, устраивали засады. Однако главное их влияние на историю Евразии состояло в том, что они появились из глубин континента в огромных количествах и вторглись на территории цивилизаций, зародившихся по берегам континента.

Верховые кочевники для таких сообществ земледельцев и мореплавателей – страшный противник[458]. Иногда они требовали дани, и от них удавалось откупиться, а иногда грабили и разоряли усадьбы и деревни, а забрав все, что могли унести, просто растворялись в степных просторах. В армиях земледель-ческих сообществ не было столько всадников, поэтому они не могли преследовать врага в степном море, а пехоте на сухих равнинах нечем было кормиться. И сколько раз на протяжении истории кочевые племена образовывали не слишком прочные конфедерации и из глубины степей нападали на оседлые цивилизации и завоевывали их, временами создавая огромные империи, занимавшие всю Азию[459].

Однако влияние степных племен на цивилизации евразийского побережья не ограничивалось прямыми нападениями. Поскольку они были кочевниками-скотоводами, то постоянно перемещались, но когда хрупкое равновесие условий их жизни нарушалось – внезапно росло население или менялся климат, что приводило к ухудшению пастбищных угодий, – целые племена были вынуждены мигрировать с освоенных мест и искать пастбища получше. В результате по степи прокатывались волны миграции: снявшиеся со своих территорий племена мчались по равнинам, сгоняя соседей с их пастбищ – словно разлетались в стороны бильярдные шары. В конце концов некоторые степные племена волей-неволей пересекали границы оседлых сообществ, в частности Маньчжурии и Северного Китая на востоке, Украины и Венгрии на западе[460].

Вот почему история и судьбы цивилизаций по берегам великого евразийского континента – в Китае, Индии, Европе и на Ближнем Востоке – была бесконечной чередой войн с кочевыми племенами, учинявшими набеги из степей в глубине континента. Одними из первых освоили применение верховых лошадей в военном деле скифы. Скифы происходили из региона Алтайских гор и в период между VI и I веками до н. э. захватили почти все степи – выступали против Ассирии и империи Ахеменидов в Месопотамии и Персии, сражались с Александром Македонским. Постоянные войны со степными народами вел и Китай; в их число входили хунну, кидани, уйгуры, киргизы и монголы[461]. А между V и XVI веками н. э. в Европу из степей врывались самые разные группы кочевых народов – гунны, авары, булгары, мадьяры, калмыки, половцы и печенеги, а также монголы[462].

Степи тысячелетиями служили колоссальным плавильным котлом пастухов-кочевников, и эта гремучая смесь то и дело переливалась через край во владения оседлых земледельческих цивилизаций по границам континента. Конфликты между ними были постоянной динамической силой в истории Евразии, а их фундаментальной причиной были экологические различия между сухими степями и плодородными сельскохозяйственными землями – мирами степи и пашни – и разными образами жизни, которые они диктуют. А определял и направлял пути миграции и вторжений – раз за разом в одни и те же места – ландшафт континента.