Прощание с Карнеги или революционное руководство для марионетки

— Мария, когда ты произнесла мне следующие слова во вторник после работы, — он передал содержание разговора, — я был очень обижен и рассержен.

Мария молча кивнула: — Я понимаю, — после недолгой паузы она добавила: — У меня есть параноидальная фантазия, касающаяся тебя; хочешь узнать, какая? Дэвид кивнул:

— Хочу.

Мария сделала глубокий вздох и сказала:

— Дэвид, я боюсь, что ты лжешь мне по поводу наших отношений, что ты охладел ко мне и все еще влюблен в Карлу и скучаешь по ней.

Дэвид задумчиво откинулся в кресле. Через некоторое время он произнес:

— Нет, Мария, я к тебе не охладел. Правда, я и не влюблен в Карлу и не скучаю по ней. Однако в твоих подозрениях действительно есть крупица истины, которая состоит в том, что я действительно иногда думаю о Карле и хотел бы поговорить с ней как с другом, но что более важно — я солгал тебе, когда ты спросила меня, все ли между нами в порядке пару недель назад. Я должен был сказать тебе то, что собираюсь сказать сейчас. Это связано с нашими сексуальными отношениями. Ты хочешь выслушать меня?

— Да, — ответила Мария. — Продолжай, пожалуйста. — Затем она глубоко вздохнула, посмотрела на Майкла и сказала: — Я боюсь.

Майкл озабоченно взглянул на нее:

— Вы в порядке? Может быть, вам что-то нужно?

— Я в порядке. Продолжай, Дэвид, я хочу тебя выслушать.

— Итак, Мария, я не вполне понимаю, что происходит, но в последнее время я начал беспокоиться, потому что иногда посреди занятий любовью я охладеваю и начинаю терять эрекцию, и это меня очень пугает. Поэтому я иногда не хочу секса — потому что я боюсь, что это произойдет.

Мария с облегчением вздохнула и сказала:

— Я заметила это, Дэвид, и это меня не особенно беспокоит, если все дело в этом.

Тогда Майкл спросил Дэвида:

— А как вы думаете, почему вы охладеваете? Может быть, в эти моменты Мария делает что-то?

— Ну, я не знаю; она так поглощена сексом, что это почему-то меня беспокоит.

Мария вспылила:

— А что, разве в этом есть что-то ненормальное? Может быть, я слишком возбуждена — для тебя?

Тут снова вмешался Майкл:

— Успокойтесь, Мария; не делайте поспешных выводов, — он повернулся к Дэвиду и спросил: —Так почему, с вашей точки зрения, вы охладеваете?

— Я не знаю.

— А вы подумайте, почему.

Дэвид долгое время пребывал в задумчивости:

— Я думаю, я боюсь, что она забеременеет. Я знаю, как Мария относится к абортам, насколько тяжело она перенесла аборт несколько лет назад и как это ее огорчило, и я не хочу стать причиной нового аборта. Когда секс становится слишком бурным, я начинаю бояться что противозачаточные средства не подействуют А когда я начинаю думать о том, что она забеременеет, я уже не могу выбросить эти мысли из головы и тогда охладеваю. Не знаю, все это очень запутано. Единственное время, когда секс доставляет мне только приятные чувства и ничего больше, это когда у Марии месячные и я вполне уверен, что она не забеременеет

Мария заплакала. Спустя некоторое время она подняла глаза и сказала:

— Я испытала такое облегчение узнав, что дело только в этом. У меня тоже бывают похожие мысли. Я тоже не хочу забеременеть. Я люблю тебя, Дэвид; и мне не важно, постоянно ли у тебя бывает эрекция. — Она взглянула на Дэвида сквозь слезы и произнесла с улыбкой: — Ну, может быть это слишком сильно сказано. Ты понимаешь, о чем я говорю. Так что мы будем делать?

Медиация продолжалась два часа, в течение которых Дэвид и Мария поделились и другими чувствами касающимися воспитания детей, Карлы и их преданности друг другу.

По мере высказывания друг другу своих чувств характер проблемы становился все более ясным. Преданность Марии и Дэвида крепла. Ни один из них не хотел появления детей. Весьма вероятным средством решения их сексуальных проблем представлялось прохождение Дэвидом вазектомии. Он еще несколько лет назад начал задумываться о том, чтобы сделать себе эту операцию, и, судя по всему, теперь время пришло.

Дэвид был вполне готов разделить с Марией заботы по воспитанию детей, но все же не совсем на равных началах, поэтому они договорились, что он будет выполнять треть родительских обязанностей.

Медиация окончилась тем, что Мария и Дэвид обнялись и испытали огромное чувство нежности и любви друг к другу. Дав Майклу «поглаживания» за хорошо проделанную работу, они отправились пообедать и выпить по рюмке спиртного.