Псарь

– И что это значит? – Он удивленно дернул бровью и скрестил руки на груди.

– Я мастер Серж Вьюжин, – представился ему. – С кем имею честь?

– Капитан Оушер Крэй, – кивнул он и прищурился.

– Рад нашей встрече.

– И как это прикажете понимать, мастер Серж? – Капитан перевел взгляд на моих парней и довольно хмыкнул. – Что вы делаете в моем замке?

Вот дьявольщина, ну и нахал этот парень! Несмотря на наглость, пират мне понравился. Нет, с сексуальной ориентацией у меня все в порядке. Но этот мужчина, несмотря на пиратское ремесло, вызывал симпатию. Уверенный и наглый. Да, такими и были эти лихие морские бродяги. Что в этом мире, что в нашем. Брали приступом и города, и женщин, и ни черта не боялись.

Как он выглядел? Вылитый Майкл Мэдсен в молодости. Такой, каким он предстал перед зрителями в фильме «В погоне за тенью». Он даже прищуривался так же. Черноволосый, крепкий. Да, конечно, я видел этот фильм. И не один раз. Покажите мне байкера, который его не видел?

– Этот замок принадлежит ордену Черных Псов. Вам ли этого не знать, капитан.

– Где мои люди?

– Увы, – я развел руками, изобразив на лице печаль, – мне очень жаль, но они умерли.

– Все?!

– Несколько человек еще бегают.

– И вы, мастер Серж, имеете наглость мне это говорить?!

– Да, – кивнул я и улыбнулся. – При всем уважении к знаменитому капитану Оушеру Крэю вы имели наглость захватить его замок. И когда я вернулся из северных владений, то сильно расстроился, увидев новых хозяев. Извините, но вас не было два месяца. У меня при всем желании не имелось достойного собеседника, чтобы обсудить ситуацию и как-то решить возникшие разногласия.

– В замке было сорок человек… И вы взяли его штурмом? Сколько же вас? По легенде…

– Оставьте, капитан! – поморщился я. – Легенды хороши тем, что учат нас не совершать ошибок. Не доверять нерадивым слугам, трусливым помощникам и предателям. А еще они учат нас мудрости, чтобы найти достойных союзников и верных воинов.

– У меня на корабле, – медленно начал он и положил руку на вычурный эфес, – тридцать пять человек, которым не страшны северные чужаки. Сколько бы их ни было. Мы вскроем замок, как дохлую устрицу.

– Или потеряете второй корабль и оставшихся тридцать пять человек, – возразил я.

– Вы что, мастер Серж, мне угрожаете?

– Да избавят меня боги от этого шага. Угрожать Оушеру Крэю, – я усмехнулся и покачал головой, – непозволительная глупость.

– И что вы предлагаете? Выкуп?

– Разве я что-то могу вам предложить? Я просто довожу до вашего сведения, что… ваши слуги не были достойны вашего доверия. Мне жаль, что среди ваших храбрецов нашлась горсточка нерадивых болванов. Оставь вы здесь этих бравых головорезов, – я кивнул на моряков, сидящих в шлюпке, – сомневаюсь, что моя затея увенчалась бы успехом.

– Этот корабль наш, – он кивнул на драккар, стоящий на берегу, – значит…

– Это значит, что выбрано неудачное место для зимовки, – холодно оборвал я. – И теперь он принадлежит нам. Полагаю, что серебряные даллиноры, захваченные в замке, будут не самой плохой добычей. И для вас, и для вашей команды. Будем считать, что мы купили эту лоханку. Разбитую и непригодную для плавания. За очень хорошую цену, капитан!

– А если я отдам команду и спущу на берег своих мальчиков?

– Спустить команду на берег вы, конечно, можете, – согласился я. – Правда, для этого вам придется найти другую бухту. Тропу, которая ведет к замку, с легкостью перекроют два десятка арбалетчиков. Разве это мудрое решение?

– Но я все же заберу свой корабль, – он сделал паузу, – и замок…

– Не думаю…

– А вы подумайте, мастер Серж. – Крэй усмехнулся. – Да завтрашнего утра.

48

– Завтра нас поджарят. – Димыч совсем приуныл, когда узнал о моих переговорах с пиратами. – Крэй не дурак и блеф чует задницей.

– Когда начнут поджаривать, тогда и плакать будешь.

– Ну да…

– Пойду позову Тэрра, чтобы он тебя сменил, – поморщился я. Не люблю нытиков.

– Я не устал.

– Я не спрашиваю, устал ты или нет, – отрезал я. – Иди, перекуси что-нибудь и отдохни.

Два часа наблюдения за судном ничего нового не принесли. С балкона донжона было видно, что ялик мирно болтается у кормы. Что творится на судне, не разглядеть: над палубой натянут навес из парусины. Из-за южного ветра корабль развернуло к берегу кормой. Волны не особо большие, но покачивало прилично. Парни мне рассказывали, что здесь проходит теплое юго-восточное течение. Шторма на юге даже зимой не такие бурные, как на севере.

– Побудь еще немного, я сейчас пришлю сменщика, – сказал я и ушел вниз.

Нет, я понимаю Димку Воронова. Парень сначала болтался на диком берегу у Грэньярда, потом мирно копался с железками в замке. Под занавес провел два месяца в темнице. Тут, знаете ли, любой в пессимиста превратится! А он молодец, не сломался. Но настроение у него было упадническим. Ничего, это лечится! Бабами и победами.

Я спустился по лестнице на первый этаж. Приближаясь к выходу, услышал разговор Стоука и Трэмпа. Да, я знаю, что подслушивать нехорошо, но так уж вышло.