Психология смысла: природа, строение и динамика смысловой реальности

Опустив достаточно очевидные и уже приводившиеся нами выше примеры «сдвига значения на смысл» в делинквентных группах и научных школах, перейдем сразу к наиболее обширным социальным общностям – государственным и социокультурным образованиям. Здесь перед нами стоит обратная задача – продемонстрировать, что культурно обусловленные значения не обладают абсолютной объективностью и могут функционировать как смыслы в ситуации межкультурной коммуникации.

Наиболее выпукло эффект «сдвига смысла на значение» проявляется при анализе общения двух разных культур, хоть и говорящих на одном языке, например, Англии и США. К.Клакхон дает наглядные иллюстрации того, как «слова, зачастую употребляемые в газетах одного государства, могут иметь другое значение для аудитории страны-союзника» ( Клакхон, 1998, с. 210), приводя, в частности, примеры из работ М.Мид: «В Англии слово “компромисс” – хорошее слово, и о компромиссном соглашении можно говорить с одобрением, включая те случаи, когда противной стороне досталось более половины оспариваемого. В США, с другой стороны, меньшая часть означает определенное положение той или иной стороны… Если для англичанина “пойти на компромисс” значит выработать приемлемое решение, то для американца это – выработать плохое решение, при котором для обеих сторон будет потеряно что-то важное» (цит. по: Клакхон, 1998, с. 189). Опять прибегнем к иллюстрации из художественной литературы, а именно из романа П.Устинова «Крамнэгел» и одноименной пьесы того же автора. Герой этих произведений – начальник полиции небольшого американского городка – проводит часть своего отпуска в Англии. Отпуск этот, однако, прерывается для него в самом начале, когда из пистолета, с которым он не расстается, он убивает человека и оказывается за решеткой. Эта достаточно, казалось бы, тривиальная история ставит в тупик судью, которому предстоит судить Крамнэгела. Ведь убийца действовал в полном соответствии с понятиями о законности и охране правопорядка, являющимися не просто его собственным мнением, но понятиями той культуры, в которой он прожил всю свою жизнь, а для него – чем-то объективным и абсолютным. Относительность этих понятий обнаруживается только при столкновении с другой культурой, где те же понятия того же английского языка имеют другое значение, обусловленное другим образом жизни всего общества в целом. Этот пример, впрочем, иллюстрирует релятивность не столько языковых значений, анализу которых мы уделяли пока преимущественное внимание, сколько «ролевых значений» (Леонтьев А.А., 1983 а), то есть значений социальных норм и социальных ролей.

Соотношение значений и смыслов в ситуации межкультурной коммуникации являет собой универсальную модель коммуникации между представителями социальных общностей, различающихся по любому основанию. Хороший пример обнаруживает история создания позитивной семейной психотерапии. Автор этого подхода Н.Пезешкиан, эмигрировавший в юношеском возрасте из Ирана в Германию, вначале обратил внимание на трудности взаимопонимания в семейных парах с разной этнокультурной принадлежностью супругов, обусловленные несовпадением фонового смыслообразующего контекста. Постепенно, однако, он начал видеть абсолютно аналогичные, хоть и несколько меньше бросающиеся в глаза, проблемы в моноэтнических семьях. Тем самым он пришел к более широкому пониманию культуры, не сводящемуся к этнокультурной принадлежности: каждая семья вырабатывает свою культуру, и барьеры взаимопонимания, возникающие при столкновении носителей разных семейных культур, столь же существенны, что и барьеры в межэтническом общении (Пезешкиан, 1992).