Психология смысла: природа, строение и динамика смысловой реальности

В.В.Давыдов (1979) использует термин «универсальная пластичность», говоря об уподоблении деятельности предметным характеристикам ее всевозможных объектов. Наполнение деятельности предметностью идет как бы в обратном направлении, «снизу вверх». «Оба эти свойства деятельности [предметность и осмысленность. – Д.Л.\ имеют разный источник и идут как бы навстречу друг другу. Их встреча и рождает деятельность» ( Зинченко, Мунипов, 1976, с. 53). На различных уровнях рассмотрения, как отмечают В.П.Зинченко и В.М.Мунипов, предметность и осмысленность по-разному соотносятся между собой и проявляют себя в разных формах. Обе стороны тесно взаимосвязаны; более того, возможны их взаимные трансформации (там же).

В контексте указанного различения двух полюсов или сторон деятельности ее смысловая регуляция может рассматриваться как система психологических механизмов, обеспечивающих сообразность протекания деятельности интенциональной сфере ее субъекта. Применительно к регуляции конкретной деятельности нельзя, однако, говорить о двух независимых друг от друга регуляторных механизмах. В системе внутренней регуляции конкретной деятельности, складывающейся вместе с самой деятельностью, предметная и смысловая подсистемы слиты в единое целое. Главенствующую роль в этой системе играет смысловая регуляция, поскольку «сцепление отдельных действий в целостную, а, следовательно, и эффективную деятельность…обеспечивается…смыслом» ( Зинченко, 1983, с. 9).

Наиболее полно смысловые аспекты внутренней регуляции конкретной деятельности были изучены в цикле исследований ситуативной смысловой регуляции конкретной деятельности на примере решения мыслительных задач (см. Тихомиров и др., 1999), процесс которого описывается в рамках этого цикла исследований как «формирование, развитие и сложное взаимодействие операциональных смысловых образований разного вида» ( Тихомиров, Терехов, 1969, с. 81). К этим образованиям относятся, в частности, операциональные смыслы элементов, операциональные смыслы ситуации и операциональные смыслы цели ( там же). «Операциональный смысл является точкой “состыковки” двух фундаментальных характеристик человеческой деятельности – ее предметности и осмысленности… Операциональный смысл – это форма смысловой регуляции, которую непосредственно приобретает предметное содержание деятельности субъекта, когда ею осуществляются смысловые связи. Эта форма находится под непосредственным влиянием личностного смысла…» ( Васильев, 1998, с. 54).

Термин «динамическая смысловая система» в этих работах отражает тот факт, что «развитие смысла конечной цели, промежуточной цели и подцелей, зарождение замыслов, а также формирование смыслов элементов и смысла ситуации в целом непрерывно осуществляются в единстве и взаимодействии познавательного и эмоционального аспектов» ( Васильев, Поплужный, Тихомиров, 1980, с. 163).

В качестве центрального структурного образования динамической смысловой системы решения задач рассматривается смысл конечной цели ( там же), который проходит ряд этапов становления и формирования ( Васильев, 1977; Терехов, 1977; Большунов, 1985). Под воздействием смысла конечной цели происходит развитие смысла ситуации, опосредствованное развитием операциональных смыслов элементов ситуации. «В свою очередь, на основе вербализованных смыслов ситуации только и могут осуществляться конкретизации смысла цели. Этапы конкретизации смысла цели закономерно чередуются с этапами формирования смыслов ситуации» ( Васильев, Поплужный, Тихомиров, 1980, с. 152). Одновременно смысл конечной цели определяет формирование смыслов промежуточных целей (Васильев, 1977), которые, в свою очередь, определяют избирательность и регуляцию деятельности на стадии поиска решения и, в конечном счете, формирование и развитие операционального смысла ситуации (Терехов, 1977) в направлении, прежде всего, его сужения. Позднее в качестве системообразующей смысловой структуры, которая определяет смысловое развитие и связанное с ним эмоциональное развитие в соответствующих ДСС, стали рассматривать уже не смысл цели, а мотив ( Васильев , 1998; Тихомиров и др., 1999). Были получены данные о влиянии разных типов мотивации на смысловую динамику деятельности ( Тихомиров и др., 1999).