Психология смысла: природа, строение и динамика смысловой реальности

Тенденция к преувеличению значимых объектов распространяется и на объекты, отношение к которым является отрицательным. Так, Брунер и Постман, исследуя восприятие величины символических изображений, обнаружили эффект преувеличения по сравнению с нейтральным изображением изображений как знака доллара, так и свастики, хотя для свастики преувеличение было меньше, чем для знака доллара ( Bruner, Postman, 1958). Этот эффект, которому Брунер и Постман не дают убедительного объяснения, можно рассматривать как отражение их смысла как потенциальной угрозы (ср. понятие «значимость-тревожность» у М.А.Котика (1985)).

Трансформациям подвергаются отнюдь не только символические изображения. Так, исследования образа «физического Я» показали, что женщины с нормальной комплекцией, позитивно оценивающие собственную внешность, склонны видеть себя более тонкими, чем они есть на самом деле, а женщины, недовольные своей внешностью, воспринимают свою талию более широкой, чем в действительности. В обоих случаях искажение образа служит подтверждению исходной оценки (Дорожевец , 1986, с. 9).

Другой вариант искажения образа – образа другого человека – продемонстрирован в интересном исследовании П.Уилсона, который «представлял студентам нескольких классов своего колледжа одного и того же мужчину, называя его “мистер Инглэнд”. В одном классе “мистер Инглэнд” выступал как студент из Кэмбриджа, во втором – как лаборант, в третьем – как преподаватель психологии, в четвертом – как “доктор Инглэнд, доцент из Кэмбриджа”, а в последнем – как “профессор Инглэнд из Кембриджа”. После того, как иностранный гость ушел, студентов попросили максимально точно оценить рост “мистера Инглэнда”. Оказалось, что по мере своего подъема по лестнице научных званий, “мистер Инглэнд” неуклонно увеличивался в росте, так что последняя группа оценила его рост на пять дюймов выше, чем первая. Рост преподавателя, который ходил вместе с “мистером Инглэндом” и звание которого не менялось, во всех классах оценили совершенно одинаково» (см. Кон, 1979, с. 37–38). В этом случае, однако, более вероятно, что личностно-смысловые искажения имеют место не в процессе восприятия, а в процессе извлечения образа из памяти, что, впрочем, почти не влияет на оценку и интерпретацию результатов этого эксперимента в нашем контексте. Тот же эффект в утрированном виде отображен в одном из рассказов Дж. Родари (1985). Его герой – профессор Грозали – всегда становился выше ростом в дни опроса своих студентов, обычно не меньше, чем на четверть метра. Брюки становятся ему коротки, а в кульминационный момент опроса он даже ударяется головой о потолок и набивает себе шишку. Когда, однако, изобретательным студентам удается посеять в нем сомнения в своих знаниях, поколебать его самоуверенность, он сразу уменьшается в росте и в весе так, что в конце концов ему приходится даже встать на стул и подпрыгивать, чтобы увидеть весь класс.

Интересно, что особый личностный смысл тех или иных объектов может являться не только причиной искажений их образов, но и, напротив, препятствием к их искажению! Этот эффект обнаружился в серии экспериментов У.Виттрайха ( Wittreich, 1959). Серия экспериментов проводилась с использованием специальных искажающих линз различной силы. В одном из них испытуемыми были больные с ампутированными конечностями: при определенной силе линз, искажающей облик обычных здоровых людей, незнакомые товарищи по несчастью – такие же инвалиды, как и они сами – воспринимались ими без искажений. В другом эксперименте испытуемыми были матросы-новобранцы; искажение облика другого такого же новобранца имело место при линзах в 1,5 раза более слабых, чем те, при которых возникало искажение облика человека с офицерскими знаками различия. Исследования самовосприятия через те же линзы с помощью обычного зеркала показали, что девочки, которых больше заботит собственная внешность, воспринимают себя с меньшими искажениями, чем мальчики того же возраста; вообще, собственный облик воспринимается обычно лишь с мелкими, частными искажениями, в отличие от облика других людей.