Птица-тройка

Маленький мальчик на минуту забыл обо всем на свете, ему казалось, что это он сам с белыми крыльями в голубом небе высоко летит над домом, сквером, шоссейкой, горой песка и тяжелыми дымами вагранок.

– Пашка, тебя мать зовет домой, – услышал он вдруг приглушенный голос Леньки.

Будто разбуженный от восторженного сна, Паша опустил глаза до уровня дома и увидел зовущий взгляд мамы из знакомого окна.

2

Валька спустился с крыши вместе с Пашей, и они побежали к подъезду. Отсутствие лифта не мешало легко подниматься пешком на самый высокий 5-й этаж, где жил Паша. Валька обитал на четвертом, и последний пролет малыш преодолевал самостоятельно. Последняя лестница и площадка перед Пашиной квартирой открывала до самого потолка много свободы и света, исходящего из сквозной оконной рамы. Высоту потолка подчеркивал уходящий вниз, словно к подножию горы, глубокий винтовой проем. Детские игры здесь приобретали особую прелесть, потому как мяч или игрушку можно было подбрасывать очень высоко.

Паша весело бежал по этой площадке к своей, последней квартире. Ее победный номер – 50 – вселял непередаваемую теплоту в детскую душу. Дверь открыла слепая пожилая соседка, она ласково погладила его и пропустила вперед.

Паша сразу почувствовал запах пирогов и услышал радостный мамин голос на кухне. Он заглянул туда. Мама разговаривала с тетей Раей и разогревала обед. Кухонное пространство, около восемнадцати квадратных метров, вмещало общую плиту, три стола для каждой семьи, чугунную раковину с медным водопроводным краном, которым пользовались и для умывания. Окно кухни опускалось на широкий подоконник, под которым находился проем с выходящим на улицу просторным шкафом для хранения продуктов.

– Помой руки и возьми пирожки, – показала на тарелку мама.

Паша подошел к раковине и, намылив руки, подставил их под струю воды.

Мама взяла кастрюльку с супом.

– Твой дедушка приехал, – сказала она ласково, и они вместе пошли в большую комнату. Пашина семья, в отличие от других жильцов, имела две комнаты. Маленькая была папиным кабинетом.

Дедушка сидел за столом и смотрел в окно. Малыш сразу увидел перед ним коробку с игрушкой и огромную книгу. На подоконнике лежали подарки и для старшего брата Бориса.

Паше очень нравилась внешность дедушки, со стриженной ежиком головой, короткой седой бородкой, круглыми очками и необычным, немного рассеянным взглядом серых добрых глаз. Он был не похож на окружающих людей. В книжках с картинками, которые малыш любил внимательно рассматривать, дедушка очень походил на доброго, доверчивого и любознательного Паганеля. Отец часто перед сном читал ему эту книгу о поисках капитана Гранта.

В их семье вообще было много интересных иллюстрированных книжек про путешествия, потерянные миры с завораживающими доисторическими животными. Вот и сейчас на обложке принесенной дедушкой книги он по слогам прочел под его улыбчивым взглядом: «Приключения Гулливера».

– Петр Александрович, как поживаете? Как самочувствие? – накрывая на стол, спросила мама.

– Слава Богу, пока не жалуюсь… Правда, в моем возрасте… пора идти в паломники и странствовать…

– Да что вы… – недоуменно улыбалась мама.

– Как ты поживаешь, Павлуша? – обратился он к внуку.

Так звал малыша только дедушка, глядя на него с непередаваемо любопытным прищуром глаз. Говорил он мягко, немного раскатисто окая, и всегда «на равных», как со взрослым. Нельзя было сказать, что это нравилось Паше, но всегда неожиданно настраивало на необычный контакт.

– Да так… гуляю с ребятами…

– С кем?

– С Валькой.

– Я видел его… хороший мальчик.

– Ты … его знаешь? – поинтересовался малыш.

– Вижу… по глазам…

– А Ленька?

– Его не знаю…

Паша немного помолчал и взглянул на деда:

– А что такое паломник?

– …Паломники …ходят по свету, странствуют, поклоняются святым местам, – искренне улыбнулся дед.

– А зачем?

– Человек вообще похож на странника…

– На какого странника? – недоумевал малыш.

– Что-то вроде путешественника…

Малыш внимательно смотрел на деда.

– Понимаешь, внучок, мы все христиане… ты тоже крещеный, – начал тихо и не очень ясно дед. – А христиане должны жить благочестиво, но… многие лицемерят, хотя сегодня трудно жить без грехов…

– Как это – жить… благочестиво? – не унимался мальчик.

– Благочестие вмещает в себя два смысла: благое… и честное, – улыбнулся дедушка.

– Выходит… эти паломники – самые честные?

– Пожалуй, верно… Они стремятся совершать хорошие и правильные поступки… Странствуя, они отрекаются от всего пагубного, как бы расстаются с земной жизнью, питаясь очень скромно, делая как можно больше благого для других, идут пешком с посохом и сумой к местам, прославленным самим Богом или его верными сподвижниками, чтобы смиренно ощутить благодать Божию.

Не дожидаясь следующего вопроса, дед погладил Пашу по головке:

– Надеюсь, что ты это когда-нибудь ощутишь сам…

Петр Александрович с радостью чувствовал, что малыш, не осознавая глубины, задает важные вопросы.

Мальчик смотрел на деда. «Все-таки он точно похож на Паганеля», – вертелось в его голове.

– Ну, зачем вам это паломничество… Да, и как все это непросто, – сказала мама.