Путь лапши. От Китая до Италии

Я также была занята в кулинарной школе. Она быстро разрасталась. Несмотря на ее успех и прекрасный персонал, которому я полностью доверяла, мне также приходилась и самой работать там, чтобы позволить и поварам отправиться в путешествие. Один ресторатор с острова Бали нанял заведующую Вонг обучать приготовлению ее фирменных домашних блюд по-пекински и пельменей, в то время как знаменитый шеф-повар Хосе Андрес пригласил шефа Джана погостить в Лас-Вегасе и показать там свой класс. Для моих поваров это было первое путешествие за границу. Заведующая Вонг получила удовольствие от тропиков, собрала много экзотических фруктов и контрабандным путем ввезла их в Китай, где ее муж попробовал выращивать их в своем саду. Несмотря на то что шеф Джан не говорит по-английски, он подружился со всеми, с кем его пути пересеклись в Америке, от привратника в здании с дорогими квартирами, где он жил, до самого Андреса и многочисленных посетителей, включая одного, который оставил ему чаевые в размере ста долларов. Я спросила у него, что он думает об Америке.

– Лас-Вегас маленький. Почему там так мало высотных зданий? – он фыркнул. Его еще меньше тронул Вашингтон, округ Колумбия. – Он мне не понравился. Все здания старые.

Я не только не хотела уезжать из Пекина, но и революции на Среднем Востоке, получившие название «арабская весна», заставляли меня сделать паузу. В то время как в Турции все оставалось спокойно, некоторые люди говорили, что революции могут побудить к действию этнических курдов в восточной части Турции и они тоже могут устроить восстание, как делали это в прошлом.

Однако, вспоминая о первой части путешествия, я поняла, что ничто не заменит тот опыт, который я получила во время него. Когда я снова пришла в ресторан моего персидского друга в Пекине и села, чтобы поесть жаркое и кебабы, это было не совсем то, что в доме семьи Солтани в Иране. Не использовалась полынь эстрагон, которая просто не встречается в Китае, а хлеб был маленьким и круглым, напоминая питу, и лишь отдаленно напоминал восхитительный, требующий продолжительного жевания сангак. Кроме того, мне было любопытно выяснить, как еда будет меняться по мере моего продвижения на запад и где снова появится лапша. И мне больше не требовалось путешествовать по странам с авторитарным диктаторским режимом, меня ждал ряд мест, которые хорошо подходят для проведения медового месяца: Турция, Греция, Италия. Крэйг признался, что завидует мне, наблюдая, как я просматриваю книги и сайты в Интернете.

– Я с тобой ездил в Иран, а теперь я пропускаю пятизвездочную часть твоего путешествия? – спросил он, когда я паковала вещи.

В дополнение к своему зеленому рюкзаку я заполнила небольшой чемоданчик ножами, скалками, положила вок и набор китайских ингредиентов, о котором попросили люди в Турции, с которыми я связывалась: вермишель из бобов мунг, сычуаньский перец горошком и плавающую в воде медузу в плотно закрытом пакете.

– Ты всегда можешь передумать, – сказала я Крэйгу, когда он провожал меня в аэропорт.

Где-то во время первой части вояжа я забыла о своих сомнениях насчет путешествия вместе с мужем. Да, мы, конечно, спорили, и мне время от времени приходилось соглашаться на гамбургер. Но не материализовалось ни одно из моих беспокойств: все ожидали, что меня будет сопровождать муж, его присутствие никак не помешало моей автономии, и он прекрасно перенес еду. Но в то время как я привыкла к мысли о том, что мы больше времени проводим вместе, Крэйг, как казалось, привык ко времени в разлуке. Он что-то мурлыкал себе под нос, когда мы ехали в аэропорт, и все его комментарии насчет моего путешествия были оптимистичными и жизнерадостными. У меня появилось новое беспокойство: а он вообще будет по мне скучать?

По пути в аэропорт я скрывала свои сомнения. Крэйг притащил мой багаж к стойке регистрации, мы обнялись и поцеловались на прощание. Затем я села в самолет и за девять часов преодолела путь, на который у меня ушло четыре месяца, когда я путешествовала по земле.