Путь НСДАП. История германского фашизма

Главное политическое заседание рейхстага произошло спустя два дня, 23 марта. Цель, которая была поставлена перед ним, – принятие закона о предоставлении полномочий правительству, который должен был послужить легальным прикрытием голого произвола, царящего в Германии с 4 февраля. Этот закон, как и все прочие законы правительства Гитлера, имел звучное название. На этот раз он назывался законом «К устранению бедственного положения народа и государства». Он гласил:

«Рейхстаг принял следующий закон, который опубликовывается с согласия рейхсрата, после того как было установлено, что все требования законодательства об изменении конституции были соблюдены.

Статья 1. Имперские законы, кроме способов, предусмотренных конституцией, могут издаваться имперским правительством. Это распространяется также на законы, предусмотренные в статьях 85-й II и 87-й имперской конституции.

Статья 2. Законы, принятые имперским правительством, могут уклоняться от имперской конституции, поскольку их предметом не является вопрос о рейхстаге и рейхсрате как таковых. Права президента остаются неприкосновенными.

Статья 3. Имперские законы, принятые имперским правительством, изготовляются рейхсканцлером и опубликовываются в имперском сборнике узаконений. Они вступают в силу на следующий день после опубликования, если не содержат иных указаний. Действие статей от 68-й до 77-й имперской конституции не распространяется на законы, принятые имперским правительством.

Статья 4. Договоры с иностранными государствами, относящиеся к вопросам имперского законодательства, на время действия этого закона не нуждаются в одобрении участвующих в законодательстве палат. Имперское правительство издает предписания, необходимые для проведения в жизнь этих договоров.

Статья 5. Данный закон вступает в силу со дня своего опубликования; его действие истекает 1 апреля 1937 года; далее он теряет силу, если нынешнее правительство будет заменено другим».

Большое внимание привлекла последняя фраза. Гугенберг и его сторонники утверждали, что под «нынешним имперским правительством» может подразумеваться лишь такое правительство, в котором представлены и они. На вершине своего триумфа национал-социализм не допускал больше такого толкования.

Каждая статья закона разбивала вдребезги какую-нибудь часть германской конституции. Статья 1 гласила, что законодательные права перешли от избранного народом рейхстага к имперскому правительству. Этим самым парламент упразднял себя. Статья 2 расширяет и без того огромные полномочия правительства, разрешая ему по собственному усмотрению нарушать конституцию. Лишь рейхстаг и рейхсрат в их нынешней форме должны быть сохранены. Не должны быть сужены также права президента. В действительности, однако, согласно статье 3 не президент, а рейхсканцлер подписывает все законы. Это уничтожение одной из важнейших прерогатив главы государства было объяснено в официозном комментарии, в котором нетрудно было различить саркастический тон Геббельса, желанием правительства разгрузить президента.

Рейхстаг подчиняется

Для того чтобы закон был принят, требовалось, согласно Конституции, чтобы за него высказался рейхстаг большинством в две трети голосов. Это не было, разумеется, подлинное большинство в две трети. Конституция требовала лишь того, чтобы на заседании присутствовали две трети депутатов, а из них опять-таки две трети голосовали за закон. Нетрудно вывести отсюда, что довольно значительная группа депутатов, которая из страха перед террором, быть может, не осмелилась бы открыто выступить против закона, могла тем не менее благодаря своему отсутствию понизить требуемый состав депутатов до нормы, меньшей двух третей. После того как 81 коммунист насильно был удален из рейхстага, для этого было достаточно 120 социал-демократов и около 13 депутатов центра. Разумеется, тайная ярость депутатов центра была достаточно сильна, чтобы мобилизовать для этой цели 15 членов их фракции. От 73 депутатов центра и 19 депутатов близкой ему баварской народной партии зависел отказ правительству Гитлера в диктаторских полномочиях. Они могли достичь этого либо путем открытого отказа, либо попросту отсутствуя на заседании.

С помощью обещаний и угроз Гитлер постарался склонить центр к повиновению. Он обещал его вождю Каасу, что все партии, которые будут голосовать за этот закон, составят рабочую комиссию. Она будет представлять собой как бы уменьшенный и улучшенный парламент, перед которым правительство будет отчитываться в своей деятельности. Это обещание Гитлер нарушил так же, как и многие другие свои обещания, а Каас, возможно, только сделал вид, что верит ему. Большее значение имело то, что Гитлер включил в свою правительственную декларацию ряд обещаний, касающихся прав церкви. По своей четкости они выгодно отличались от большинства прочих его заявлений, носивших большей частью общий характер. Так как эти обещания были даны иностранной державе, а именно святому престолу, то казалось, что они до известной степени связывают правительство.