Путешествие в пушкинский Петербург

И вот долготерпению их пришел конец. Непосредственным поводом к возмущению послужило следующее. «…Во время учения, – гласит военно-судное дело, – когда не был еще сведен полк и роты учились отдельно, 2-я рота, кончив ружейные приемы, стала вольно. Ротный командир, увидя приближающегося полковника, скомандовал „смирно!“. При этом один из рядовых (Бойченко), исполнявший естественную надобность, стал во фронт, не успев застегнуть мундир. Тогда Шварц, подбежав к нему, плюнул ему в глаза, потом взял его за руку и, проведя по фронту первой шеренги, приказал рядовым на него, Бойченку, плевать».

Это было 16 октября 1820 года.

Вечером того же дня, несмотря на уговоры фельдфебеля, солдаты головной «государевой роты» самовольно выстроились в коридоре казармы, вызвали ротного командира капитана Кошкарова и принесли жалобу на полкового командира.

Узнав об этом на следующий день, 17 октября, в полк приехали генерал Бенкендорф и великий князь Михаил Павлович. «Государева рота» подтвердила жалобу. Солдаты просили изменить порядки в полку. Великий князь уговаривал, угрожал, но семеновцы твердо стояли на своем. Первую роту, без оружия, обманом увели в манеж, там арестовали и отправили в Петропавловскую крепость.

В остальных ротах еще не знали о судьбе головной. Узнали ночью, когда из отпуска вернулся рядовой второй роты Павлов. Он сообщил о случившемся своему товарищу Чистякову. Чистяков выбежал в коридор с криком:

– Выходи на перекличку!

Разбуженные солдаты заполнили коридор. А Павлов кричал:

– Нет государевой роты! Она погибает!

Волнение перекинулось дальше. Возмутился весь полк.

В этот день была очередь Семеновского полка нести в городе караулы, но солдаты не одевались. Они заявили, что раз их первая рота, их голова, в крепости, то ноги тоже не могут идти в караул. Служить без первой роты отказывались. Ночью семеновцы искали Шварца, чтобы убить его, но не нашли.

18 октября к казармам семеновцев подвели наиболее надежные Егерский и Конногвардейский полки. Семеновцев арестовали и повели в крепость. Петербург увидел странное зрелище: без оружия, под конвоем шли по улицам молодцы-гвардейцы. «Куда вы?» – спрашивали встречные. «В крепость». – «Зачем?» – «Под арест». – «За что?» – «За Шварца».