Путин. Кадровая политика. Не стреляйте в пианиста: он предлагает вам лучшее из возможного

Разумеется, кризис 2014 года свои коррективы в решение жилищной проблемы внес. В сентябре 2015 года замминистра строительства РФ Олег Бетин, отметив, что за последние десять лет доступность жилья в стране выросла в три раза, сообщил вместе с тем, что в 2014 году активность покупателей жилья упала на 40 %. Однако, заявил он, мы не отказались от выполнения существующей госпрограммы, которая ставит задачу добиться того, чтобы в 2030 году 60 % желающих приобрести жилье такую возможность получили.

Экономический кризис повлиял не только на выполнение жилищной госпрограммы. США и Евросоюз в 2014 году ввели в действие целевую программу экономических санкций в отношении России. Внутренняя политическая оппозиция сразу же привлекла внимание к проблеме продовольственной безопасности России, ее зависимости от поставок продовольствия из западных стран. Проблема действительно серьезная. Зависимость от США и Европы в поставках целого ряда продуктов (мясо, масло, овощи, фрукты и т. д.) в прошлые годы иногда зашкаливала за 80 %. В 2014 году в ответ на санкции глава государства ввел режим контрсанкций. Все это имело тот эффект, что с января по август 2015 года импорт продовольственных товаров у нас сократился на 40 %. В ответ на эти действия глава государства провозгласил политику импортозамещения. И уже в 2015 году на эти цели правительство выделило 300 млрд рублей сроком на пять лет. Буквально за один год осуществления этой политики выяснилось, что благодаря ранее осуществленным мерам в этой области Россия почти безболезненно в течение 3–5 лет может самостоятельно решить проблему своей продовольственной безопасности. Выяснилось, в частности, что в предыдущие годы мы уже стали практически независимы в том, что относится к мясу птицы, птицепродуктов, резко нарастили вылов рыбы, вышли на третье место в мире по экспорту зерна. Более того, 16 сентября 2015 года выступая на радио Вести-FM, президент Национального союза производителей овощей Сергей Королев сказал буквально следующее: «Мало кто знает о том, что экспорт продовольствия из России по сумме общей выручки сегодня сопоставим с экспортом российского оружия».

Есть еще один показатель, который, пожалуй, больше всех остальных свидетельствует об эффективности социальной политики путинского режима, – воспроизводство населения. Динамика этого показателя зависит от очень многих факторов, и изменяется он очень медленно. Но уж если изменяется, то свидетельствует об очень глубоких тенденциях в развитии общества в целом, попросту говоря о main stream социальной политики руководства страны.

Так вот, до начала 90-х годов в РСФСР наблюдался устойчивый рост численности населения. А в 90-х годах прирост сменился естественной убылью населения. В 1999 году (последний год президентства Б. Ельцина) число умерших превысило число родившихся в 1,8 раза. Через три года после прихода Путина на должность главы государства этот разрыв стал незначительно сокращаться (до 1,6 раза). В 2002 году по средней продолжительности жизни мужчин (59 лет) Россия занимала 161-е место, а женщин (72 года) – 121-е место. По данным Федеральной службы государственной статистики, в 2002 году коэффициент смертности (на 1000 человек) равнялся у нас 16,2. В 2003 году он стал получше (16,4). Заметно уменьшаться этот мрачный показатель начал только со второго президентского срока В. Путина, в 2006 году он снизился до 15,2, а в 2009-м – до 14,16.

А с 2013 года обозначилась кардинально другая тенденция (пока только обозначилась, но все же). Как сообщил в начале февраля 2015 года министр труда РФ М. Топилин, в 2014 году в стране родилось 1 947 000 младенцев. «Такого количества рождений в истории России еще не было», – сообщил министр. Столь высокий уровень рождаемости, порядка 1,9 млн детей в год, добавил он, в России наблюдается третий год подряд, а также второй год подряд фиксируется рост населения – на 33 тыс. человек в год. Глава Минздрава РФ Вероника Скворцова дополнила эту информацию, сообщив, что в стране отмечено трехкратное снижение смертности среди детей до пяти лет и более чем четырехкратное снижение материнской смертности по сравнению с 1990 годом. Глава ведомства подчеркнула, что таких показателей удалось достигнуть всего 27 странам в мире[132].