Путин. Наш среди чужих

Фариз Исмаиладзе, руководитель внешнеполитических программ дипакадемии обращал внимание общественности на то, что проект Nabuссo может никогда не быть реализованным из-за войны России в Грузии: «Августовская война России с Грузией вызвала серьезные опасения по поводу сохранности нефтегазового коридора в регионе. Не случайно русские бомбы падали в 50 метрах от трубы. Возможно, это был сигнал, что коридор не должен существовать».

Как бы там ни было, но Путин явно был доволен тем, что Европа вновь вернулась к рассмотрению давно назревшего строительства газопровода.

Можно определенно сказать, что кризис вокруг Южной Осетии кардинально изменил внешнеполитическое позиционирование России.

Руководители России определенно и решительно обозначили, что постсоветское пространство входит в сферу интересов России, и она готова отстаивать это даже с оружием в руках. Это было откровением после долгих лет подавленного молчания.

Алексей Пушков, ведущий телепрограммы «Постскриптум», утверждал, что концепция внешней политики России, принятая Дмитрием Медведевым 15 июля 2008 года после нападения Грузии на Южную Осетию, резко устарела. Да и Дмитрий Медведев после этих событий заметил, что необходима ее корректировка.

Дело в том, что концепция внешней политики России была ориентирована на объединение мира без должного учета, что сам мир разделен по многим линиям и границам.

События в Грузии показали обратное: антироссийские настроения в США и Европе выплеснулись с необыкновенной силой после того, как Россия ответила на агрессию со стороны режима Саакашвили. Сильная Россия пугала Запад.

Конфликт с Грузией помимо всего прочего раскрыл на первых порах эффективность тандема Путин — Медведев. Это был переломный момент в политике России: взаимная поддержка в тяжелый период показала эффективность их совместной работы, несмотря на прогнозы разных сил, желавших раздоров и ослабления дуумвирата.

Кремль продемонстрировал свое умение работать и в информационном поле, преодолевая обрушившуюся на Россию критику со стороны Запада.

И президент, и премьер понимали, что нужна высокая интенсивность подачи реальной информации о произошедшем. Поэтому каждый из них постоянно давал интервью, встречаясь с представителями российской и мировой прессы.

Неудивительно, что если в докладе национальной разведки США, опубликованном при президенте Буше, не содержалось упоминаний о России, настолько она была слабой в восприятии американцев, то в докладе по новой стратегии директор национальной разведки США Дэннис Блэр уже заявил о том, что Россия может быть помехой осуществлению планов Америки, претендующей на лидирующую роль в мире.

В продолжение мюнхенского предупреждения Западу, сделанного Путиным, дуумвират в лице Медведева и Путина заявил о том, что шантаж и угрозы со стороны постсоветских стран, натравливаемых США, неприемлемы, что Россия больше не потерпит подобного обращения, а главное, что Россия имеет свои национальные интересы и не собирается поступаться ими.

После событий 8 августа 2008 года Россия признала независимость Абхазии и Южной Осетии. По мнению Николая Злобина, и с ним здесь можно согласиться, «именно Америка научила российское руководство действовать на мировой арене с позиций голого цинизма, не утруждая себя меланхолическими рефлексиями на морально-этические темы, а просто прикрываясь маловразумительным словосочетанием «реализм в политике». Таким образом, стало ясно: Кремль успешно освоил еще один элемент из арсенала элиты США, а именно умение открыто применять в своей политике двойные, тройные и т. д. стандарты. Эта многостандартность, называемая некоторыми стыдливыми кремлевцами многовекторностью, а то и гибкостью путинской внешней политики, на самом деле делает честь лично Владимиру Путину. Под его влиянием кремлевские менеджеры хоть с трудом, но осознали то, что страна, претендующая на роль серьезного международного игрока, обязана иметь замысловатую, если хотите, морально раскрепощенную внешнюю политику, чтобы не только эффективно защищать себя, но и «разводить» и «строить» других. Чем больше в политике стандартов, тем она успешней… Белый дом… научил кремлевских обитателей, а именно — беззастенчиво, без сюсюканья и переживаний просто бить по голове всех, кто на это напрашивается».

Но, думается, надо учитывать и характер Путина. Еще в 1999 году, став премьер-министром, он произнес предупреждающие и, как оказалось, пророческие слова: «Россия может подняться с колен и как следует огреть». В 2000 году он заявил, чуть изменив форму старой пословицы: «Кто нас обидит, тому в течение трех дней мало не покажется». В 2001 году, по мере того как крепла страна, он сказал: «У державы с таким геополитическим положением, как Россия, национальные интересы есть везде».