Путин. Правда, которую надо знать

В нашей стране особую опасность, угрожающую самому существованию государства Российского, приобрело воровство в форме коррупции. Как известно, все известные в истории нашего отечества президенты (Горбачев, Ельцин, Путин, Медведев) заявляли об усилении борьбы с коррупцией. Однако это невидимое чудовище, несмотря на удары и раны, только крепнет в этой борьбе, делаясь все более злобным и изощренным. Может быть, это «такое страшное заболевание, которое при всем старании нельзя вылечить? Или мы пытаемся бороться с чем-то, что на самом деле коррупцией в общепринятом понимании не является, поэтому все наши попытки обречены на провал?» — ставит вопрос В. Р. Соловьев в своем небезынтересном исследовании.

К сожалению, нет достаточно четкого представления об этом явлении ни в теории, ни в правоохранительной практике. Чаще его отождествляют со взяточничеством. Хотя взяточничество — лишь одна из многих форм коррупции и, как покажем далее, не самая опасная.

Сущность коррупции — превращение функций государственной власти в частную собственность. «Крестный отец Кремля» Борис Березовский называл конечной целью процесса приватизации приватизацию государства.

Коррупция есть использование людьми своих властных полномочий, а также обусловленных их официальным статусом возможностей и связей в целях личной выгоды, противоречащих юридическим и моральным нормам. В России она имеет место тогда, когда воры по закону нарушают ими же установленные государственные законы. Наряду со взяточничеством широко распространены такие формы коррупции, как протекционизм, «отмывание» денег, явные и неявные формы подкупа, мошенничество, растрата и т. д. К сожалению, конкретные проявления коррупции чаще всего выявлять и доказывать крайне сложно или даже невозможно.

Взяточничество из бесчисленного множества форм коррупции — самая простая, а потому наиболее выявляемая и доказуемая. Поэтому борьба российской власти с коррупцией сводится в основном к попыткам снижения учитываемых официальной статистикой показателей взяточничества, освещающих лишь верхушку айсберга коррупции. Тем не менее эти показатели отражают во много раз уменьшенном виде уровень и тенденции коррумпированности общества в целом.

***

Эту ситуацию однажды популярно растолковал корреспонденту «Время Евразии» Н. Асмолову «равноудаленный» от президента Путина олигарх О. Дерипаска.

«Н. А.: Скажите, ваш бизнес серьезно материально стимулирует чиновников. Тем не менее вы как-то избегаете обвинений в коррупции?

О. Д.: Не смейтесь. Нигде в мире чиновники, в том числе правоохранительных ведомств, судьи не живут на мизерную зарплату из бюджетной кассы. Если человек правильно понимает все, если он задействован в какой-либо технологии властных действий — ему согласуется уровень личных доходов, и жизнь его и его семьи обеспечивается очень хорошо. Фильмы и блокбастеры о борьбе с коррупцией — это для широкого охвата населения, своеобразный паблисити государства. Так и у нас, и в Америке, и везде. К тому же коррупция — это не тот случай, когда крупный бизнес платит зарплату и обеспечивает личный доход госфункционера. Коррупция — это когда госфункционер сам произвольно берет, где хочет и когда хочет, я уже говорил».

Дерипаска пояснил, что именно он, а также Р. Абрамович, А. Мельниченко и другие «олигархи» являются реальной российской властью, а президент и другие государственные чиновники — всего лишь их наемные менеджеры. Сколотив определенную сумму деньжат, властвующие чиновники превращают ее в капитал, становятся богатыми акционерами и весьма желанными членами советов директоров, правлений корпораций и банков. В таком случае официальные немаленькие (миллионы руб. в год) зарплаты членов правительства и администрации президента, в сравнении с тем, что им платит «реальная власть», действительно, как заявляет И. И. Шувалов, «смешные». Ведь от перечня корпораций, компаний и банков, в которых он числится собственником, членом правлений или дирекций, рябит в глазах. И если основные деньги членов российского правительства в долларах, да еще в американских банках, то они, вероятнее всего, будут делать то, что выгодно США.