Рабочее самоуправление в России. Фабзавкомы и революция. 1917–1918 годы

Октябрьская стачка текстильщиков Иваново-Вознесенска напрямую способствовала расширению фабзавкомовского движения, поскольку фабзавкомы в ряде случаев либо выполняли функции стачкомов, либо координировали их деятельность у себя на предприятиях, либо там, где фабзавкомов прежде не было, стачкомы плавно переросли в полноценные фабрично-заводские комитеты, так же как это было и в период февраля. Только теперь это явление имело более массовый и организованный характер, поскольку уже не было стихийным, а подчинялось конкретным положениям, зафиксированным в договоре от 14 ноября 1917 г. об условиях прекращения стачки²³². В ней в § 3 значилось: «В двухнедельный срок должны быть избраны рабочие (фабрично-заводские) комитеты согласно закону от 23 апреля с. г. на основе всеобщего прямого и тайного голосования. В телеграмме же союза стачкомам добавлялось: фабричные стачечные комитеты и пикеты распускаются. Все дела от них переходят фабричным рабочим комитетам²³³.

Итак, пройдя в своей эволюции несколько ступеней, забастовочная борьба русских рабочих, в конце концов, стала важным элементом в созревании второго, уже не политического, а более глубокого, социального этапа революции 1917 года. Переоценивать роль стачек в событиях тех месяцев, конечно, не стоит. Не перерастая в какие-либо новые, более высокие формы рабочего активизма, стачки не могли быть решающим средством борьбы за интересы рабочих. Однако, как мы видим, стачки, охватывая целые отрасли и промышленные центры, ставили в повестку дня институционное оформление господствовавших среди рабочих настроений. Такой ход событий, неоднократно повторявшийся, не мог быть случайным: он отражал глубинные тенденции развития рабочего движения революционного времени²³⁴.

7. «Социальное партнёрство» в области государственного строительства и общественной саморегуляции

Говоря о надеждах создать в революционной России прочную систему социального партнёрства и невозможности их осуществления в 1917 г., не следует забывает, что существовала ещё одна сторона этого вопроса. В определённом смысле идея социального партнёрства в экономической сфере выступала как бы аналогом принципа поддержки Временного правительства, выраженного известным лозунгом «постольку – поскольку». И хотя эта тема соприкасается с проблематикой фабзавкомовского строительства лишь косвенно, её все же необходимо затронуть хотя бы коротко, чтобы пусть даже в общих чертах оттенить некоторые важные аспекты становления самостоятельного рабочего представительства.

Формула «постольку – поскольку» применительно к поддержке Временного правительства была найдена в начале марта меньшевистским большинством Петросовета. Позже она была одобрена Всероссийским совещанием Советов, а также съездом крестьянских депутатов и стала базой сотрудничества между этими органами и официальной властью. Можно согласиться, что эта формула в чём-то повторяла известный принцип консервативных либералов «царю – власть, а народу – мнение». С другой стороны, ситуация напоминала разделение властей на исполнительную и представительную. Но фактически речь шла о политическом патронаже со стороны цензовых элементов над своими союзниками слева. Это, пожалуй, и предопределяло нежизненность попыток создания коалиции, как тогда говорили, «всех живых сил нации». Даже постепенное полевение правительства за счёт вхождения в него социалистов не изменяло отношения к нему со стороны низов: послереволюционная власть ими «рассматривалась как буржуазная»²³⁵. Для многих демонстрантов, шедших 18 июня в колоннах по Марсовому полю, лозунги, подобные лозунгу «Долой министров-капиталистов!», для очень и очень многих демонстрантов означали «Долой правительство!» – всё правительство, включая и «министров-социалистов».