Радужное тело и воскресение. Духовное достижение, растворение материального тела и случай Кхенпо Ачо

Цель ранней буддийской практики состояла в освобождении от страданий циклического существования в нижних сферах бытия, которое на санскрите называется сансарой. В контексте пути махаянского буддизма такому освобождению сопутствует полноценное достижение состояния будды, которое не только освобождает человека из рабства циклического существования, но также помогает другим существам достигать такой же цели. В процессе объединения дзогчен с махаянским буддизмом (в форме ваджраяны) нужно было показать, что дзогчен достигает тех же целей, что ранний буддизм и буддизм махаяны. Эти цели достигаются посредством искоренения основной причины непросветлённого существования, а именно неведения. Достижение состояния будды требует искоренения из потока ума йогина даже тончайших форм неведения. Как мы уже говорили, подобное неведение невозможно искоренить посредством духовной практики, выполняемой в обыденном состоянии ума. Обыденное состояние ума уже пребывает в ловушке двойственного, субъект-объектного взгляда, который овеществляет всякое явление, которое воспринимает ум. Если практиковать при обыденном взгляде на реальность и в обыденном состоянии сознания, не достичь освобождения ни в какой форме. По этой причине дзогчен не ограничивается вопросом «Какое существует противоядие от двойственного мышления?», поскольку этот вопрос уже задают теоретики махаяны, от Нагарджуны до Асанги, и их комментаторы. Дзогчен занимается всё более тонкими формами неведения через исследование и в итоге освобождение от видений и состояний ума, которые возникают из корней таких тонких уровней неведения. Как можно видеть, те же вопросы звучат в классической работе по теории ваджраяны – «Устных наставлениях Тилопы Наропе на берегах Ганга», которую вместе с Фабрицио Торричелли я опубликовал в 1991 г.⁹⁰ Очень тщательное изложение этих состояний неведения и их противоядий с точки зрения дзогчен можно найти в «Полёте Гаруды» Кита Доумена⁹¹.

Теория дзогчен стремится превзойти глубокий анализ ума, который мы находим в буддийских теориях мадхъямаки и йогачары. В этих системах уже было показано, что не существует неизменных естественных явлений, которые были бы «неделимыми» (греч. a-tomos: то, что нельзя далее разделить на части): все явления – сложные, взаимозависимые и непостоянные на самом радикальном онтологическом уровне. Дзогчен же утверждает, что лучшие состояния ума, доступные на уровне обыденного ума, такие как состояния ясности и повышенной внимательности, сами коренятся в тонких формах неведения. Лишь то, что называют основой, и её видéния, возникающие прежде неведения или двойственного мышления, лишены неведения. Следовательно, противоядием от всех форм неведения, в том числе самого тонкого, должно быть изначальное сознавание ума, иными словами, просветлённый ум, который современный мастер дзогчен Намкай Норбу по праву называет состоянием созерцания. Именно с этим состоянием сознавания мастер знакомит ученика. Все практики пути дзогчен основываются на этом прозрении, связанном как с изначальным умом, так и с теми видимостями, которые возникают из этого уровня ума. Следует понимать, что, как считается, упомянутые видимости предшествуют возникновению неведения, то есть ошибочному толкованию возникающих явлений.

Две основные практики: прорыв (трегчо) и прыжок (тогал)

Существует два основных раздела практик, которые связывают с полноценным дзогчен: «прорыв» (khregs chod, произносится трегчо) и «прыжок» (thod rgal, произносится т[х]огал). Практики прорыва в основном связаны с развитием базового состояния изначального ума, другими словами, чистого сознавания (ригпа). Практики прыжка занимаются формированием различных видимостей, или видéний, которые возникают из изначального ума. Прорыв сосредоточивается на сущности изначальной чистоты, в то время как прыжок – на природе того, что называют спонтанностью, поскольку провидческие феномены возникают благодаря этому качеству изначального ума.

Йогин сначала должен научиться легко реализовывать изначальный ум через практику прорыва; только затем можно выполнять практики прыжка. Неспособность реализовать изначальный ум ставит человека в незавидное положение: он работает только с видимостями, которые возникают из обыденного состояния ума. Йогин стремится взаимодействовать с видимостями, которые ещё не успели овеществиться и обрести понятийную форму, чтобы достичь прекрасной цели «самоосвобождения» (rang grol) всех мыслей в каждый момент.