Рай для немцев

В заключении главы о символике Третьего Рейха следует еще раз подчеркнуть, что вразумительное объяснение нацизма — при исключении иррациональных мотивов и феноменов — невозможно в том числе и по той причине, что нацисты их интенсивно использовали. Алан Буллок в своем сравнительном жизнеописании Гитлера и Сталина указывал, что не только речи Гитлера, но и все атрибуты движения, которое относилось к политике как к драматической смеси театра и религии, были нацелены на возбуждение не рациональных, а эмоциональных и иррациональных эмоций и реакций. Собственно, наиболее оригинальным достижением Гитлера является создание движения, специально рассчитанного на подчеркивание с помощью всех возможных приемов — символов, языка, иерархии, ритуалов — верховенства в политике динамичных иррациональных факторов, таких, как борьба, воля, сила, жертвенность, дисциплина, товарищество, раса^{835}. Муссолини в свое время заметил: «Идеология фашизма не содержит ничего нового, она является результатом кризиса нашего времени, вы можете его определить как иррационализм»^{836}.

ЭПИЛОГ 

«Прошлое лишь в той мере может стать для культуры историей, в какой оно для нее вразумительно».

(И. Хейзинга)

«Быль, что смола, небыль, что вода».

(русская пословица)

«Нам в полной мере удалось превратить всю немецкую историю в альбом с портретами преступников».

(эксканцлер ФРГ Гельмут Шмидт)

«Почти 400 лет понадобилось, чтобы немцы оказались в современном духовном состоянии; никто не знает, сколько лет нужно будет, чтобы их оттуда вывести».

(А.Д.П. Тейлор в 1945 г.)

Немецкий антрополог Людвиг Вольтман писал, что рабство было необходимо, чтобы породить в сознании человека практическое понятие социального труда, аристократия — для утверждения практического понятия о социальной свободе. Интересно, а для чего был нужен тоталитаризм, как нам, потомкам, использовать его в процессе политического воспитания? По всей видимости, для того, чтобы отвратить нас от единомыслия и единообразия в наших оценках и нашей политической практике, а также избавить от цезаризма, который в XX веке оказался не столь безобидным (как и предрекали О. Шпенглер и К. Буркхардт). В этом и состоит значение преодоления тоталитаризма для политического воспитания современного мира.