Читаем Ранние кинотексты (2000—2006) полностью

В современном Голливуде представительницам слабого пола редко доверяют особенно важные роли в процессе создания фильма. Как правило, если не считать актрис, женщина выступает в качестве гримера или художника по костюмам. Иногда в титрах картины можно встретить женское имя под словом «монтаж». Женщин-режиссёров мало, женщин-сценаристов еще меньше. Тех же, кто получил за свой сценарий «Оскар», вспомнить без подсказки какого-нибудь словаря практически невозможно. Но среди последних особняком стоит никому не известная до награды и почти забытая сегодня Кэлли Хури. Ее сценарий «Тельма и Луиза» был вспышкой яркого света. Звезда родилась, выполнила свою роль и тихо угасла… В далеком теперь 92-м Кэлли Хури «обошла» на церемонии вручения наград Американской киноакадемии таких грандов, как Оливер Стоун и Томас Харрис. А ведь на первый взгляд в ее сценарии нет ничего особенного, внешняя конструкция выглядит достаточно просто и даже тривиально. Четко разделены экспозиция, завязка и основное действие. Подводных камней нет. Феминистский подтекст ясен сразу. Но что же тогда послужило причиной подобного успеха? Почему маститый режиссёр Ридли Скотт взялся за постановку картины о бунте женщин против общества? На мой взгляд, дело здесь в том, что все вышеперечисленные элементы сценария выполнены настолько профессионально, что перестают быть недостатками и становятся плюсами. Возможно, пословица «Все гениальное – просто» прозвучит слишком громко, но, по-моему, более подходящей для этого случая фразы найти просто невозможно. Но обо всем по порядку.

Как я уже говорил, границы между составляющими сценария «Тельмы и Луизы» просматриваются довольно четко. Конечно, можно упрекнуть Кэлли Хури в незатейливости и некой шаблонности ее работы (что и делали многие критики, особенно после вручения награды). Но что представляется удачным: написать простой по структуре, но в то же время идеальный, выверенный с невероятной точностью сценарий или начать пытаться все усложнить и запутаться в собственных мыслях, как это часто бывает у начинающих сценаристов, которые желают сразу написать что-нибудь необычное? Не раздумывая, я голосую за первый вариант. Теперь, похоже, придется доказать, что сценарий Кэлли Хури действительно, как говорится, отполирован до блеска. Что ж, постараюсь это сделать.

Не откладывая дело в долгий ящик, сценарист в экспозиции своей работы знакомит нас с главными героинями – теми самыми Тельмой и Луизой. Луиза работает официанткой в ресторане. Место работы ее подруги Тельмы не имеет особого значения. Как и то, почему эти две женщины дружат. Мы не видим завязки дружбы, но это совсем не важно. Главное в том, что они – лучшие подруги, что они – Тельма и Луиза.

Также в самом начале мы знакомимся с мужем Тельмы – Дэрилом. Он саркастичен, невежлив и даже немного груб – с женой и с другими людьми. Он – первый из целой цепочки героев мужского пола, которые на протяжении сценария противопоставлены героиням и находятся в основе сюжетного конфликта.

В следующих эпизодах заявлены детали, которые обретут роль в завязке и дальнейшем развитии сюжета: пистолет, который Тельма кладет в чемодан, и портрет мужчины (мы ничего пока о нем не знаем), который убирает со стола Луиза перед отъездом в горы. Фотография, сделанная в машине перед началом путешествия и вроде бы ничего поначалу не значащая, станет важной составляющей на завершающей стадии сценария.

Таким образом, уже в экспозиции Кэлли Хури в мельчайших, но вполне заметных деталях как бы предвосхищает нарастающий конфликт. Вообще на подобных деталях строится почти весь сценарий – даже о характерах главных персонажей не сказано в экспозиции как будто ничего и в то же время сказано очень многое. С помощью небольших мазков писательской кисти (не очень скрытых, но и не выставленных напоказ) Тельма предстает перед нами симпатичной женщиной, немного наивной и тихой. Но бунтарские нотки в ее характере видны. Они проявятся впоследствии – именно Тельма, скромная и робкая в начале фильма, предложит единственный достойный выход из положения, в которое попадут героини в конце. Луиза же, наоборот, кажется сильной и уверенной в себе, но в тяжелый момент от ее уверенности не осталось бы и следа, если бы не поддержка лучшей подруги. Я думаю, что этим и объясняется название фильма. Наверное, мало кто задумывался над тем, почему картина называется именно так. А ведь «Тельма и Луиза» не просто звучит лучше, чем «Луиза и Тельма». Благодаря уже самому названию, мы понимаем, что Тельма – образ наиболее сложный и изменяющийся на протяжении сценария. Мы понимаем, что именно Тельма будет играть решающую роль в судьбе двух персонажей.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Продюсер
Продюсер

Шоу-бизнес в агонии! Великий и ужасный продюсер, медиамагнат, вершитель мега-проектов, повелитель звезд и отец сенсаций Иосиф Шлиц убит на пороге собственного дома. Невнятно произнесенное перед смертью имя убийцы — единственная зацепка следствия. А тем временем, конкуренты, прилипалы и авантюристы набросились на его медиа-империю, растаскивая ее на куски. Ни вдове, ни сыну на этом обильном пиру, похоже, нет места. Опытный адвокат Артем Павлов отчаянно бросается на их защиту, но понимает, что изменить ситуацию практически невозможно. Ведь империи просто так не гибнут! Защитник оказывается прав: мир шоу-бизнеса гудит как потревоженный улей, знаменитый певец Кирилл Фарфоров сбежал от следствия за границу, компаньоны вцепились в глотки друг друга — один сгорел в собственном ночном клубе «Гоголефф», другой искалечен, а «крыша» Шлица — вор в законе Бессараб — таинственно исчез.Законы бизнеса жестоки, нравы шоу-бизнеса беспощадны! Следствие бессильно, но интуиция и последовательность, вроде бы случайных событий, убеждают Артема — всем этим кошмаром управляет чья-то расчетливая и сильная воля…

Павел Алексеевич Астахов , Василий Анатольевич Соловьев

Детективы / Триллер / Кино / Прочее / Триллеры
Новая женщина в кинематографе переходных исторических периодов
Новая женщина в кинематографе переходных исторических периодов

Большие социальные преобразования XX века в России и Европе неизменно вели к пересмотру устоявшихся гендерных конвенций. Именно в эти периоды в культуре появлялись так называемые новые женщины — персонажи, в которых отражались ценности прогрессивной части общества и надежды на еще большую женскую эмансипацию. Светлана Смагина в своей книге выдвигает концепцию, что общественные изменения репрезентируются в кино именно через таких персонажей, и подробно анализирует образы новых женщин в национальном кинематографе скандинавских стран, Германии, Франции и России.Автор демонстрирует, как со временем героини, ранее не вписывавшиеся в патриархальную систему координат и занимавшие маргинальное место в обществе, становятся рупорами революционных идей и новых феминистских ценностей. В центре внимания исследовательницы — три исторических периода, принципиально изменивших развитие не только России в ХX веке, но и западных стран: начавшиеся в 1917 году революционные преобразования (включая своего рода подготовительный дореволюционный период), изменение общественной формации после 1991 года в России, а также период молодежных волнений 1960‐х годов в Европе.Светлана Смагина — доктор искусствоведения, ведущий научный сотрудник Аналитического отдела Научно-исследовательского центра кинообразования и экранных искусств ВГИК.

Светлана Александровна Смагина

Кино