Читаем Ранние кинотексты (2000—2006) полностью

После остановки героинь в маленьком ресторанчике по дороге завязка сюжета становится все ближе. Здесь мы знакомимся с Харланом – наглым типом, вторым (и не последним) из серии отрицательных мужских персонажей. До завязки происходит лишь одно важное для сценария в целом событие – Тельма говорит Луизе про какого-то Джимми, и мы понимаем, что это тот человек, портрет которого стоял у Луизы на столе. Хури вновь использует свой излюбленный прием – даже самый скучающий зритель не уйдет теперь из зала до тех пор, пока не узнает всех подробностей. Завязка же строится на попытке изнасилования Харланом Тельмы и последующего за этим убийства его Луизой. Тематика выглядит откровенно вызывающе, особенно учитывая тот факт, что сценарий написан женщиной. Но в этом и вся суть главного сюжета фильма и одного из сюжетов всего Голливуда – бунт женщин. Бунт Тельмы и Луизы против мужчин, бунт Кэлли Хури против нехватки воздуха для женщин-сценаристов. Сам выстрел Луизы в Харлана (из пистолета Тельмы, что немаловажно) «дотягивает» в этом свете до звания глубокого символического образа, он перестает быть процессом нажатия на курок пистолета и следующим за этим полетом пули. Вне контекста основного конфликта выстрел и вовсе выглядит необязательным, но он должен был занять свое место в сюжете и занял его.

Дальше в сюжете перед зрителем предстают мужские персонажи, гораздо более значимые, чем предыдущие. Это детектив Хол, ведущий дело об убийстве Харлана. Ему без особого труда удается выйти на след Тельмы и Луизы. Именно из-за этого героя на Кэлли Хури «нападали» особенно часто. Дело в том, что по сценарию Хол выглядит единственным мужчиной, кому небезразлична судьба двух женщин, хотя его задачей и является их поимка. Он сопереживает им и пытается вместе с ними искать выход из ситуации. Большинству критиков пришлось не по душе то, что мужчины в сценарии разделены на плохих, очень плохих, окончательно плохих и Хола. Причем разделены незатейливо: кто против Тельмы и Луизы – тот плохой, кто за – тот хороший. Но все это – обвинения, взятые вне контекста фильма. Ведь фильм – это не реалистичная драма, это своеобразный вызов. По-английски это называется formula movie (к сожалению, не могу найти подходящего русского эквивалента), а в formula movie не действуют общепринятые правила, там действуют правила данного, конкретного фильма. Кроме того, подобную теорию о чересчур навязчивом разделении подрывает еще один факт: кроме Хола, есть еще один мужской персонаж, который разрывает рамки такого разделения. Это тот самый Джимми с портрета на столе Луизы. В этом сценарии он как будто лишний – забежавший на пару эпизодов из другого фильма. Но на самом деле Джимми выполняет важную функцию: в сюжете он оттеняет характер и судьбу Луизы, которая на фоне Тельмы могла бы оказаться менее значимым персонажем. Сюжетная линия отношений Луизы и Джимми как бы готовят нас к печальному финалу. Прием Кэлли Хури вновь в действии, только на этот раз в более завуалированном виде.

В фабульной конструкции Джимми играет важную роль: он передает женщинам деньги, которые им суждено будет потерять – это станет одной из последних капель, наполнит чашу доверху. Но прежде сценарист снова подбрасывает зрителю очередную загадку – почему Луиза так переживает, услышав слово «Техас»? И почему она не хочет ехать через этот штат, ведь дорога в Мексику куда короче… Ответ на эти вопросы последует, но позже.

А потеряют деньги Тельма и Луиза, «благодаря» еще одному «отрицательному» мужчине. Молодой парень Джей Ди, бывший уголовник, использует наивную Тельму, чтобы добыть денег, но перед этим он продемонстрирует женщинам все чудеса вежливости и обходительности – лишь для того, чтобы втереться в доверие. Роль Джей Ди в фабуле ясна, но вот его роль в сюжете не кажется мне такой уж весомой. Вся значимость его укладывается в продолжение некой цепи грехов, свойственных мужчинам этого фильма: Дэрил груб и жаден, Харлан невежествен и похотлив, Джей Ди лицемерен и лжив.

Тельма чувствует вину перед подругой, и ее образ меняется на глазах. У нее появляется решимость, а фразы «Ты только не волнуйся, нам нужно скорее выбраться отсюда» зритель уж точно ждал скорее от Луизы, чем от Тельмы. В конце концов, она грабит магазин, но, узнав о серьезности намерений полиции их поймать, приходит в себя и отдает право руководить побегом своей подруге. Однако Тельма уже не в состоянии бороться со своей рвущейся наружу бунтарской натурой. Она уже рада, что Харлан мертв. Тельма вскользь спрашивает подругу, что произошло в Техасе, и предполагает, что Луизу изнасиловали. Луиза не отвечает, но зритель понимает всё. Этот эпизод, рассказанный не до конца, но вполне целостно выглядящий, является одним из ключевых моментов сценария. Кэлли Хури владеет и обратным приемом: если до этого мелкие детали объяснялись позднее, то теперь небольшая деталь объясняет всю завязку. Теперь нам понятно поведение Луизы перед решающим выстрелом и психологические причины этого выстрела.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Продюсер
Продюсер

Шоу-бизнес в агонии! Великий и ужасный продюсер, медиамагнат, вершитель мега-проектов, повелитель звезд и отец сенсаций Иосиф Шлиц убит на пороге собственного дома. Невнятно произнесенное перед смертью имя убийцы — единственная зацепка следствия. А тем временем, конкуренты, прилипалы и авантюристы набросились на его медиа-империю, растаскивая ее на куски. Ни вдове, ни сыну на этом обильном пиру, похоже, нет места. Опытный адвокат Артем Павлов отчаянно бросается на их защиту, но понимает, что изменить ситуацию практически невозможно. Ведь империи просто так не гибнут! Защитник оказывается прав: мир шоу-бизнеса гудит как потревоженный улей, знаменитый певец Кирилл Фарфоров сбежал от следствия за границу, компаньоны вцепились в глотки друг друга — один сгорел в собственном ночном клубе «Гоголефф», другой искалечен, а «крыша» Шлица — вор в законе Бессараб — таинственно исчез.Законы бизнеса жестоки, нравы шоу-бизнеса беспощадны! Следствие бессильно, но интуиция и последовательность, вроде бы случайных событий, убеждают Артема — всем этим кошмаром управляет чья-то расчетливая и сильная воля…

Павел Алексеевич Астахов , Василий Анатольевич Соловьев

Детективы / Триллер / Кино / Прочее / Триллеры
Новая женщина в кинематографе переходных исторических периодов
Новая женщина в кинематографе переходных исторических периодов

Большие социальные преобразования XX века в России и Европе неизменно вели к пересмотру устоявшихся гендерных конвенций. Именно в эти периоды в культуре появлялись так называемые новые женщины — персонажи, в которых отражались ценности прогрессивной части общества и надежды на еще большую женскую эмансипацию. Светлана Смагина в своей книге выдвигает концепцию, что общественные изменения репрезентируются в кино именно через таких персонажей, и подробно анализирует образы новых женщин в национальном кинематографе скандинавских стран, Германии, Франции и России.Автор демонстрирует, как со временем героини, ранее не вписывавшиеся в патриархальную систему координат и занимавшие маргинальное место в обществе, становятся рупорами революционных идей и новых феминистских ценностей. В центре внимания исследовательницы — три исторических периода, принципиально изменивших развитие не только России в ХX веке, но и западных стран: начавшиеся в 1917 году революционные преобразования (включая своего рода подготовительный дореволюционный период), изменение общественной формации после 1991 года в России, а также период молодежных волнений 1960‐х годов в Европе.Светлана Смагина — доктор искусствоведения, ведущий научный сотрудник Аналитического отдела Научно-исследовательского центра кинообразования и экранных искусств ВГИК.

Светлана Александровна Смагина

Кино