Читаем Ранние кинотексты, 2000–2006 полностью

Затем, в том же году, она появляется в знаковой для ее карьеры роли. В «Знаменитости» Вуди Аллена Терон играет Супермодель без имени, этакий обобщенный образ. Не понаслышке зная о закулисной жизни манекенщиц и идеально почувствовав замысел режиссёра, она за десять минут присутствия на экране делает огромный вклад в создание остроумной сатиры о нравах современного шоу-бизнеса. Ее вульгарная и порочная героиня носит парик, использует зеркало заднего вида в косметических целях и при малейших признаках простуды отправляет героя сбегать ей за редким лекарством, а сама при этом идет танцевать с двухметровым негром-баскетболистом. Терон отлично передает высокомерие и фальшивые эмоции богемной тусовки, не стесняясь использовать в роли намеки на свою реальную жизнь: по сюжету героиня, как и сама актриса когда-то, выступает на показе мод в Милане. Какая поразительная самоирония для девушки с такими внешними данными — прилипчивый типаж сражен наповал выстрелом в самое сердце и оставлен где-то в прошлом.

Но призрак его еще долго будет преследовать Терон. Хотя «Правила виноделов» Лассе Халльстрёма получили два «Оскара» и восторженные отзывы кинокритиков, роль Кэнди Кендалл вряд ли можно причислить к разряду удачных. В истории с очень красивыми пейзажами, музыкой и замечательным Майклом Кейном актрисе пришлось выполнять функцию приятного для глаз фона. Правда, картина стала, пожалуй, самой известной из всех, где снималась Терон, и во многом открыла ее большому количеству зрителей. Еще более неудачная партия досталась актрисе в том году в совсем плохом фильме «Жена астронавта» с Джонни Деппом. В результате 1999-й имеет значение для ее карьеры в одном смысле: эти две роли продолжают сложные отношения ее персонажей с детьми. Мэри Энн не могла иметь детей в «Адвокате дьявола», Джиллиан в «Жене астронавта» вынашивает ребенка по-странному изменившегося после возвращения из космоса мужа, Кэнди в «Правилах виноделов» делает аборт. В своих интервью сама Шарлиз очень осторожно говорит о беременности вообще и ее личных планах на этот счет…

Она начинает более активно сниматься в следующем году. Соединив в своей героине безобидную девочку и скрывающуюся под маской кротости femme fatale, она оказалась единственным, на что можно было смотреть в триллере Джона Франкенхаймера «Азартные игры». Возложив большие надежды на «Депо» Джеймса Грея, Шарлиз опять пострадала от предрассудков, которые побудили режиссёра оставить в финальном варианте картины обнаженную сцену с ее героиней. Для самой же актрисы это была, в первую очередь, возможность вновь проявить себя в драматическом амплуа. В этой криминальной драме она играет невинную жертву обстоятельств, погибающую от руки своего парня, который ревнует ее к лучшему другу. Вновь она создает контраст общему облику фильма: скромная, порядочная Эрика Штольц здесь едва ли не единственная, кто встает на сторону главного героя, не желающего с другими членами семьи окунуться с головой в мир коррупции. Фильм прошел незамеченным на Каннском фестивале и в мировом прокате. Сегодня эту роль помнят только из-за чьего-то каламбура: мол, теперь актёр Эрик Штольц должен в ответ сыграть персонажа по имени Чарльз Терон. По странному совпадению, именно так звали отца актрисы.

Два других фильма 2000 года вновь доказали, что Шарлиз больше удаются яркие характерные образы и что некоторые режиссёры продолжают снимать ее в качестве красивой декорации. В «Военном ныряльщике» она сыграла второстепенную, но запоминающуюся героиню, жену матерого морского волка в исполнении Роберта Де Ниро. Это была самая зрелая из женщин, созданных на экране Терон. Кажется, Гвен Сандэй с ее пристрастием к выпивке и курению больше не может терпеть выходки несдержанного мужа и слушать его басни о героическом прошлом, но в то же время искренне любит, поддерживает его и нуждается в заботе. И вновь для создания небольшого по экранному времени образа ей хватило нескольких движений: слегка повести головой, махнуть рукой в белой перчатке, решительно убрать с щеки слезу в то время, как глаза говорят: «Нет, только не лезь снова в драку». Во время подготовки к этой роли Терон ужинала с Робертом Де Ниро, когда ей позвонил Роберт Редфорд и предложил роль в своем фильме «Легенда о Бэггере Вэнсе». Тогда она еще не знала, что образ Адель Инвергордон, дочери разорившегося богача и бывшей девушки гольфиста, не потребует от нее никакой актёрской игры и будет задуман как компиляция из различных нарядов и шляпок 50-х годов.

Перейти на страницу:

Все книги серии Eksmo Digital. Искусство, хобби, развлечения

Похожие книги

100 лет современного искусства Петербурга. 1910 – 2010-е
100 лет современного искусства Петербурга. 1910 – 2010-е

Есть ли смысл в понятии «современное искусство Петербурга»? Ведь и само современное искусство с каждым десятилетием сдается в музей, и место его действия не бывает неизменным. Между тем петербургский текст растет не одно столетие, а следовательно, город является месторождением мысли в событиях искусства. Ось книги Екатерины Андреевой прочерчена через те события искусства, которые взаимосвязаны задачей разведки и транспортировки в будущее образов, страхующих жизнь от энтропии. Она проходит через пласты авангарда 1910‐х, нонконформизма 1940–1980‐х, искусства новой реальности 1990–2010‐х, пересекая личные истории Михаила Матюшина, Александра Арефьева, Евгения Михнова, Константина Симуна, Тимура Новикова, других художников-мыслителей, которые преображают жизнь в непрестанном «оформлении себя», в пересоздании космоса. Сюжет этой книги, составленной из статей 1990–2010‐х годов, – это взаимодействие петербургских топоса и логоса в турбулентной истории Новейшего времени. Екатерина Андреева – кандидат искусствоведения, доктор философских наук, историк искусства и куратор, ведущий научный сотрудник Отдела новейших течений Государственного Русского музея.

Екатерина Алексеевна Андреева

Искусствоведение
Пандемониум
Пандемониум

«Пандемониум» — продолжение трилогии об апокалипсисе нашего времени, начатой романом «Делириум», который стал подлинной литературной сенсацией за рубежом и обрел целую армию поклонниц и поклонников в Р оссии!Героиня книги, Лина, потерявшая свою любовь в постапокалиптическом мире, где простые человеческие чувства находятся под запретом, наконец-то выбирается на СЃРІРѕР±оду. С прошлым порвано, будущее неясно. Р' Дикой местности, куда она попадает, нет запрета на чувства, но там царят СЃРІРѕРё жестокие законы. Чтобы выжить, надо найти друзей, готовых ради нее на большее, чем забота о пропитании. Р

Лорен Оливер , Lars Gert , Дон Нигро

Хобби и ремесла / Драматургия / Искусствоведение / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Фантастика / Социально-философская фантастика / Любовно-фантастические романы / Зарубежная драматургия / Романы
Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии
Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии

Эта книга расскажет о том, как в христианской иконографии священное переплеталось с комичным, монструозным и непристойным. Многое из того, что сегодня кажется возмутительным святотатством, в Средневековье, эпоху почти всеобщей религиозности, было вполне в порядке вещей.Речь пойдёт об обезьянах на полях древних текстов, непристойных фигурах на стенах церквей и о святых в монструозном обличье. Откуда взялись эти образы, и как они связаны с последующим развитием мирового искусства?Первый на русском языке научно-популярный текст, охватывающий столько сюжетов средневековой иконографии, выходит по инициативе «Страдающего Средневековья» – сообщества любителей истории, объединившего почти полмиллиона подписчиков. Более 600 иллюстраций, уникальный текст и немного юмора – вот так и следует говорить об искусстве.

Сергей Олегович Зотов , Михаил Романович Майзульс , Дильшат Харман , Сергей Зотов

Искусствоведение / Научно-популярная литература / Образование и наука