Читаем Ранние кинотексты, 2000–2006 полностью

Героиня Мишель Пфайффер в «Бэтмен возвращается» — Селина Кайл из оригинальных комиксов про человека-летучую мышь. При обсуждении деталей проекта «Женщина-кошка» долгое время велись споры о том, кем именно будет центральный персонаж нового фильма — Селиной Кайл или другой девушкой. В итоге женщиной-кошкой стала некая Пэйшнс Филипс. Профессия девушки также была камнем преткновения для продюсеров и сценаристов: в итоге Пэйшнс оказалась несостоявшейся художницей, работающей скромным дизайнером в косметической корпорации (не говорящее ли это имя, Пэйшнс — забитая всеми неудачница, чьё «терпение» по сюжету фильма подходит к концу?). Кивок в сторону ленты Тима Бёртона все же был сделан — в одной из сцен можно заметить черно-белый рисунок, изображающий женщину-кошку из второй части «Бэтмена». Поговаривали также, что в проекте Питофа могло состояться появление Майкла Китона — в образе Бэтмена! — но от этой идеи быстро отказались.


КОШАЧЬЕ ПЛЕМЯ, или Кошки в мировом кино:


1. «Ужастиками Вэла Лютона» обычно называют серию малобюджетных американских хорроров 1940-х годов. Лютон (настоящее имя — Владимир Левентон) родился в 1904 году в Ялте, но еще в детстве переехал вместе с родителями сначала в Европу, а затем в США. Под его началом на студии RKO в 40-е годы снимали такие известные в будущем режиссёры, как Марк Робсон, Жак Турнёр и Роберт Уайз: сам же Лютон был не столько продюсером, сколько художественным руководителем всей серии в целом. Высокообразованный человек, он часто строил сюжеты фильмов на ассоциациях с живописными полотнами, древними легендами; его ужастики — это не страшилки о мумиях и болотных тварях, а серьезное, хорошо снятое и вполне интеллектуальные кино. Одним из главных открытий Лютона стал фильм «ЛЮДИ-КОШКИ» (1942) Жака Турнёра, в котором впервые был использован прием, ставший впоследствии классикой жанра: объект, о природе которого человек не догадывается, гораздо страшнее, чем объект, показанный на экране. Спустя несколько лет Турнёр снял «Человека-леопарда», а Роберт Уайз — «Проклятие людей-кошек», которые были не столько ужастиками, сколько детективом и страшной сказкой соответственно. В обеих лентах важную роль также играла возможность превращения человека в представителя кошачьего племени. В нашей стране известен римейк «Людей-кошек», снятый Полом Шредером в 80-е годы, с Настасьей Кински и Малькольмом МакДауэллом в главных ролях.


2. «ЧЕРНЫЙ КОТ» Эдгара По — история о мужчине, который проникается ненавистью к своему домашнему животному, становится все более озлобленным на окружающий мир и в итоге совершает ужасное преступление. Это один из наиболее часто экранизируемых рассказов По — собственно, редкий мастер жанра ужасов не обращался к данной новелле. В 1934 году выходец из Австрии Эдгар Г. Ульмер поставил в США одноименный хоррор с участием легендарных Бориса Карлова и Белы Лугоши: в титрах значилось название рассказа, но сюжет не имел к нему ни малейшего отношения; режиссёр впоследствии признался, что это был всего лишь рекламный ход. В 1962-м Роджер Корман, неоднократно обращавшийся к творчеству писателя, снял фильм «Страшные истории», во второй из трех новелл которого блистали Винсент Прайс и Петер Лорре: ее сюжет любопытно объединял два рассказа По — «Черный кот» и «Бочонок амонтильядо». Не обошли стороной «Черного кота» и мэтры итальянского джалло — Лючо Фульчи снял одноименную ленту в 1981 году, а Дарио Ардженто поставил на основе «Черного кота» одну из новелл альманаха «Два злобных взгляда» (1990), главную роль в ней играл Харви Кайтел.


3. «Котами» в кино часто прозывали различных человеческих персонажей, и если у современного российского зрителя эта кличка ассоциируется с одним из бандитов в «Бумере», то в мировом кино самым известным «Котом», наверное, был Кэри Грант в хичкоковском «ПОЙМАТЬ ВОРА» (1955) — ушедший на покой преступник, которого подозревают в совершении очередной серии виртуозных ограблений.


4. Камерная психологическая драма Пьера Гранье-Деферра «КОТ» (1971) — пессимистичный фильм о сложных отношениях между двумя пожилыми супругами, один из которых (его блестяще играет старый Жан Габен) сохранил в своей жизни разве что интерес к любимому домашнему животному. Жена (не менее блестящая Симона Синьоре) в порыве ревности убивает кота, что лишь усугубляет отчуждение людей друг от друга. Габен всегда был сдержанным актёром, далеким от эмоциональной аффектации, и в кульминационной сцене молчаливого, безжалостного укора в адрес жены чувствует себя превосходно: его герой, переставший разговаривать с супругой, обменивается с ней записками. На ее заботливое «Тебе нужно сходить к врачу» он отвечает бумажкой с одним только словом — «Кот».


5. ЧЕРНАЯ КОШКА, БЕЛЫЙ КОТ (1998).

Перейти на страницу:

Все книги серии Eksmo Digital. Искусство, хобби, развлечения

Похожие книги

100 лет современного искусства Петербурга. 1910 – 2010-е
100 лет современного искусства Петербурга. 1910 – 2010-е

Есть ли смысл в понятии «современное искусство Петербурга»? Ведь и само современное искусство с каждым десятилетием сдается в музей, и место его действия не бывает неизменным. Между тем петербургский текст растет не одно столетие, а следовательно, город является месторождением мысли в событиях искусства. Ось книги Екатерины Андреевой прочерчена через те события искусства, которые взаимосвязаны задачей разведки и транспортировки в будущее образов, страхующих жизнь от энтропии. Она проходит через пласты авангарда 1910‐х, нонконформизма 1940–1980‐х, искусства новой реальности 1990–2010‐х, пересекая личные истории Михаила Матюшина, Александра Арефьева, Евгения Михнова, Константина Симуна, Тимура Новикова, других художников-мыслителей, которые преображают жизнь в непрестанном «оформлении себя», в пересоздании космоса. Сюжет этой книги, составленной из статей 1990–2010‐х годов, – это взаимодействие петербургских топоса и логоса в турбулентной истории Новейшего времени. Екатерина Андреева – кандидат искусствоведения, доктор философских наук, историк искусства и куратор, ведущий научный сотрудник Отдела новейших течений Государственного Русского музея.

Екатерина Алексеевна Андреева

Искусствоведение
Пандемониум
Пандемониум

«Пандемониум» — продолжение трилогии об апокалипсисе нашего времени, начатой романом «Делириум», который стал подлинной литературной сенсацией за рубежом и обрел целую армию поклонниц и поклонников в Р оссии!Героиня книги, Лина, потерявшая свою любовь в постапокалиптическом мире, где простые человеческие чувства находятся под запретом, наконец-то выбирается на СЃРІРѕР±оду. С прошлым порвано, будущее неясно. Р' Дикой местности, куда она попадает, нет запрета на чувства, но там царят СЃРІРѕРё жестокие законы. Чтобы выжить, надо найти друзей, готовых ради нее на большее, чем забота о пропитании. Р

Лорен Оливер , Lars Gert , Дон Нигро

Хобби и ремесла / Драматургия / Искусствоведение / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Фантастика / Социально-философская фантастика / Любовно-фантастические романы / Зарубежная драматургия / Романы
Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии
Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии

Эта книга расскажет о том, как в христианской иконографии священное переплеталось с комичным, монструозным и непристойным. Многое из того, что сегодня кажется возмутительным святотатством, в Средневековье, эпоху почти всеобщей религиозности, было вполне в порядке вещей.Речь пойдёт об обезьянах на полях древних текстов, непристойных фигурах на стенах церквей и о святых в монструозном обличье. Откуда взялись эти образы, и как они связаны с последующим развитием мирового искусства?Первый на русском языке научно-популярный текст, охватывающий столько сюжетов средневековой иконографии, выходит по инициативе «Страдающего Средневековья» – сообщества любителей истории, объединившего почти полмиллиона подписчиков. Более 600 иллюстраций, уникальный текст и немного юмора – вот так и следует говорить об искусстве.

Сергей Олегович Зотов , Михаил Романович Майзульс , Дильшат Харман , Сергей Зотов

Искусствоведение / Научно-популярная литература / Образование и наука