Ранние кинотексты, 2000–2006

Увлеченность руками для Гилльяма неслучайна: он включает в действие свои собственные руки — руки, создающие мультфильм прямо на глазах у телезрителей. Он не просто не скрывает авторское начало, а трубит о нем во всеуслышанье, появляется в кадре в собственных сюжетах и становится их драматургической единицей. Это стремление создателя обнаружить свое присутствие в качестве лексического оборота своего же текста характерно для «Пайтонов» в целом. Когда Эрик Айдл ждет возвращения продавца в магазине, спустившегося в подвал, он поворачивается к камере и начинает объяснять, что на самом-то деле актёр, играющий продавца, никуда не спускался: он просто стоит за дверью и ждет, пока пройдет достаточно времени, чтобы вы, зрители, подумали, будто он и правда куда-то отходил. «Пайтоны» сознательно разрушают традиционные каноны телевизионных шоу — во многом, именно благодаря той неудержимой эксцентрике, граничащей с анархией, сериал и произвел революционный переворот в британском телевидении. В этом плане нельзя не отметить «говорящее» прозвище одного из участников коллектива: не иначе как «капитаном Хаосом» будут называть Терри Гилльяма с его воображением. В его анимационных скетчах акцентированное присутствие автора в кадре — явление также далеко не редкое. Люди падают из окон и летят куда-то вниз — повернув лист бумаги на 90 градусов, руки художника меняют координаты создаваемого им мира и позволяют фигуркам спокойно передвигаться по экрану слева направо и наоборот. Четверо лакеев, несущих карету на руках, устают в дороге — решение подсказывает художник, который берет заводной ключ, вставляет в крышу кареты, поворачивает несколько раз и тем самым запускает эпизод в дальнейшее развитие. Драматургия скетча может измениться при помощи вмешательства автора: черная коляска, пожирающая на своем пути каждую заглянувшую внутрь женщину, оказывается повернута рукой Гилльяма в обратном направлении — и начинает преследовать свою хозяйку-старушку. Строптивые буквы, которым не сидится на бумаге, начинают проявлять характер и вырваться из написанного текста: в словосочетании «Наилучшие пожелания, Артур Фиггис» неуютно живется слову «Артур», которое съеживается в комочек и пытается убежать от фломастера в руке художника. В наиболее показательном скетче Гилльям и вовсе принимается за объяснение своей анимационной техники. Известно, что его излюбленным материалом являются сложенные из нескольких частей фигурки людей, которые передвигаются дискретными движениями, словно неуклюжие марионетки. Но никак не ожидаешь, что художник сделает частью очередного эпизода сам факт творческого процесса: прямо в кадре начнет составлять очередного персонажа из рук, туловища и головы, а потом вдруг скажет «Ой, извините, шоу уже началось, да?» и скроется, чтобы продолжилось привычное течение сюжета. Режиссёр играючи преодолевает границу между, казалось бы, безусловной реальностью процесса создания мультфильма и условной реальностью самого мультфильма — в его стилистике эти два мира перемешиваются, и процесс создания эстетического объекта становится самостоятельным эстетическим объектом.