Читаем Ранние кинотексты, 2000–2006 полностью

И в этом одновременно его многочисленные плюсы и небольшие минусы. Авторский текст настолько досконально переведен на язык кино, что возникает ощущение, будто это кто-то из окончивших школу Хогвартс махнул волшебной палочкой, прочитал заклинание и бумага без особых изменений превратилась в пленку. Клоувз не выбрасывает почти ничего, а если в картине и не хватает той или иной сцены, то при мысли о ее необходимости каждый раз понимаешь, что выкинуто именно то, что сделало бы фильм хуже, скучнее. Например, в начале книги персонаж по имени Хагрид оставляет Гарри на вокзале, и тот уходит домой на какое-то время, а вскоре вновь возвращается на этот вокзал — отправляться в Хогвартс. В картине его затягивающее сюжет возвращение домой опущено: после прощания с Хагридом мальчик сразу отправляется искать нужную платформу. И так происходит в течение всей картины: она идет почти два с половиной часа, но заскучать не придется ни на минуту — в сюжете оставлено самое важное и интересное, вплоть до мельчайших подробностей. Волшебный мир, созданный Ролинг, за который миллионы людей полюбили книгу, невероятно точно перенесен в картину, даже при ближайшем рассмотрении сложно найти что-то недостающее для его целостности или, наоборот, лишнее. Все без исключения актёры подобраны на свои роли настолько идеально, что им даже не приходится что-либо играть: одной харизмы Алана Рикмана достаточно для того, чтобы поверить, что именно таким и должен быть профессор Снэйп. Глядя на всех, от Дэниэла Рэдклиффа в главной роли и до эпизодических появлений, не перестаешь удивляться, что персонажи воплощены именно так, какими и представляешь их при чтении книги. Даже не зная заранее, кому из актёров какой герой достался.

Мир фильма «Гарри Поттер и философский камень» создавали настоящие профессионалы своего дела, каждый выполнил свою работу безукоризненно. Помимо упомянутых выше, отлично проявили себя композитор Джон Уильямс и режиссёр Крис Коламбус, который нашел, похоже, золотую середину своего творчества: снимать очень доброе детское кино, которое он делал всю жизнь, но вместе с тем избавить его от излишнего драматизма и слезливости, как это было в последних его фильмах «Мачеха» и «Двухсотлетний человек».

Получившаяся в результате картина практически слилась со своим первоисточником воедино. Успех первого фильма о мальчике-волшебнике, потрясающие кассовые сборы, вполне сравнимы с мировым ажиотажем после выхода первой книги о Гарри Поттере. Но в такой ситуации не удивительно, что к экранизации будут те же претензии, что и к оригиналу. Ведь «Гарри Поттер» Коламбуса, как и «Гарри Поттер» Ролинг — это замечательная, милая детская сказка, эталон среди себе подобных, но не более того. Глубокого подтекста или тщательной проработки психологических характеристик здесь нет и быть не может, и выше головы картина прыгнуть не в состоянии. Станет ли она классикой на все времена, покажет время. Станет ли классикой весь сериал (вторая серия запущена в производство сразу после премьеры первой) будет зависеть от успеха книг и создателей будущих картин о Гарри Поттере. Пока что перспективы для этого есть: четвертый роман Ролинг вновь разошелся огромным тиражом, а «Гарри Поттер» Коламбуса продолжает собирать кассу. Если последующие экранизации будут сняты так же профессионально и близко к оригиналам, уже имеющим настолько большой успех по всему миру, сериал грозит стать не меньшим событием для истории кинематографа, чем «Звёздные войны».

ОЦЕНКА. 9. Не стоит искать в фильме того, чего в нем не могло быть изначально — это не идеальное кино, но оно, безусловно, идеально в своей области семейного фильма.

«Грабёж»

СЮЖЕТ. Профессиональный вор Джо Мур требует от своего босса Микки Бергмана деньги, которые причитаются ему и его команде за последнее дельце. Но Бергман хочет, чтобы Джо выполнил еще одно его задание перед уходом на заслуженный покой. Понимая, что иначе свою долю от босса не получить, Джо собирает команду вновь: это его жена Фрэн и старые друзья Бобби и Пинки. Но на этот раз им будет помогать племянник Бергмана Джимми, которого заботливый дядя отдает под опеку Муру. Никто не знает, чем обернется для операции такое изменение в составе.

ФИЛЬМ. Один французский режиссёр сказал однажды: «Лучший способ анализировать фильм — сравнивать с другим фильмом». В случае с «Грабежом» Дэвида Мамета искать «спарринг-партнера» долго не приходится: «Куш» Фрэнка Оза не только вышел в том же 2001 году, что и «Грабёж», но и очень похож на него по коллизии. А то, каким образом она воплощена и к чему она в итоге приходит, дает возможность рассмотреть огромную разницу между двумя фильмами, которую, согласитесь, с трудом можно разглядеть при прочтении сюжета.

Перейти на страницу:

Все книги серии Eksmo Digital. Искусство, хобби, развлечения

Похожие книги

100 лет современного искусства Петербурга. 1910 – 2010-е
100 лет современного искусства Петербурга. 1910 – 2010-е

Есть ли смысл в понятии «современное искусство Петербурга»? Ведь и само современное искусство с каждым десятилетием сдается в музей, и место его действия не бывает неизменным. Между тем петербургский текст растет не одно столетие, а следовательно, город является месторождением мысли в событиях искусства. Ось книги Екатерины Андреевой прочерчена через те события искусства, которые взаимосвязаны задачей разведки и транспортировки в будущее образов, страхующих жизнь от энтропии. Она проходит через пласты авангарда 1910‐х, нонконформизма 1940–1980‐х, искусства новой реальности 1990–2010‐х, пересекая личные истории Михаила Матюшина, Александра Арефьева, Евгения Михнова, Константина Симуна, Тимура Новикова, других художников-мыслителей, которые преображают жизнь в непрестанном «оформлении себя», в пересоздании космоса. Сюжет этой книги, составленной из статей 1990–2010‐х годов, – это взаимодействие петербургских топоса и логоса в турбулентной истории Новейшего времени. Екатерина Андреева – кандидат искусствоведения, доктор философских наук, историк искусства и куратор, ведущий научный сотрудник Отдела новейших течений Государственного Русского музея.

Екатерина Алексеевна Андреева

Искусствоведение
Пандемониум
Пандемониум

«Пандемониум» — продолжение трилогии об апокалипсисе нашего времени, начатой романом «Делириум», который стал подлинной литературной сенсацией за рубежом и обрел целую армию поклонниц и поклонников в Р оссии!Героиня книги, Лина, потерявшая свою любовь в постапокалиптическом мире, где простые человеческие чувства находятся под запретом, наконец-то выбирается на СЃРІРѕР±оду. С прошлым порвано, будущее неясно. Р' Дикой местности, куда она попадает, нет запрета на чувства, но там царят СЃРІРѕРё жестокие законы. Чтобы выжить, надо найти друзей, готовых ради нее на большее, чем забота о пропитании. Р

Лорен Оливер , Lars Gert , Дон Нигро

Хобби и ремесла / Драматургия / Искусствоведение / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Фантастика / Социально-философская фантастика / Любовно-фантастические романы / Зарубежная драматургия / Романы
Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии
Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии

Эта книга расскажет о том, как в христианской иконографии священное переплеталось с комичным, монструозным и непристойным. Многое из того, что сегодня кажется возмутительным святотатством, в Средневековье, эпоху почти всеобщей религиозности, было вполне в порядке вещей.Речь пойдёт об обезьянах на полях древних текстов, непристойных фигурах на стенах церквей и о святых в монструозном обличье. Откуда взялись эти образы, и как они связаны с последующим развитием мирового искусства?Первый на русском языке научно-популярный текст, охватывающий столько сюжетов средневековой иконографии, выходит по инициативе «Страдающего Средневековья» – сообщества любителей истории, объединившего почти полмиллиона подписчиков. Более 600 иллюстраций, уникальный текст и немного юмора – вот так и следует говорить об искусстве.

Сергей Олегович Зотов , Михаил Романович Майзульс , Дильшат Харман , Сергей Зотов

Искусствоведение / Научно-популярная литература / Образование и наука