Расколотая цивилизация

первые они рассматривали как социальные, вторые -- как политические; таким образом, понятие экономической общественной формации фактически определяло всю структуру марксовой исторической теории. В то же время, если акцентировать внимание на формальной стороне дела, следует признать, что терминологически основатели марксизма никогда не выстраивали триады "доэкономическое -- экономическое -- постэкономическое общество"; первое определялось ими как "архаическая", или "первичная" общественная формация, а последнее -- как коммунистический строй.

---------------------------

[32] - Marx-Engels-Werke. Bd. 13. S. 9.

[33] - Marx--Engels Gesamtausgabe. Abt. 2. Bd. 5. S. 14.

[34] - См.: Marx--Engels Gesamtausgabe. Abt. 2. Bd. 25. S. 238.

---------------------------

С методологической точки зрения деление человеческой истории на доэкономическую, экономическую и постэкономическую эпохи представляется одним из наиболее совершенных подходов к ее периодизации. Характерно, что в рамках теории постиндустриального общества так или иначе были воспроизведены все основные элементы этой марксовой методологии. Например, пост-индустриалисты также выделили три периода в развитии общества, причем четко обозначили их как доиндустриальный, индустриальный и постиндустриальный соответственно. Они, как и основоположники марксизма, подчеркнули преемственность этих трех фаз социальной эволюции, отметив, что "постиндустриальные тенденции не замещают предшествующие общественные формы как "стадии" социальной эволюции, а зачастую сосуществуют, углубляя комплексность общества и природу социальной структуры"[36] ; они указали также на то, что переходы между отдельными общественными состояниями крайне сглажены: "Легко дать абстрактное определение каждой формы социума, но трудно обнаружить его конкретные пределы и выяснить, является ли то или иное общество архаическим или индустриальным"[37] ; наконец, они также оценили переходы от одного общественного состояния к другому как важнейшие революционные изменения, а становление постиндустриального строя охарактеризовали как величайшую революцию, когда-либо переживавшуюся человечеством[38].

До известной степени сходную позицию занимают сторонники концепции постмодернити, которые выделяют в истории общества период, предшествующий модернити, собственно эпоху модернити и сменяющее ее общественное состояние. Эта теория основывается в значительной мере на тех же методологических постулатах, что и доктрина постиндустриального общества; их сходство легче всего прослеживается в тех случаях, когда с позиций постмодернизма рассматриваются вопросы, так или иначе связанные с хозяйственным и технологическим развитием. Апелляции к относительно поверхностным процессам демассификации и дестандартизации[39], преодолению принципов фордизма[40] и от

---------------------------

[36] - Bell D. The Third Technological Revolution and Its Possible Socio-Economic Consequences. P. 167.

[37] - Aron R. The Industrial Society. Three Lectures on Ideology and Development. N.Y.-Wash., 1967. P. 97.

[38] - См.: Servan-Schreiber J.J. Le defi mondiale. P., 1980. P. 374.

[39] - См.: Lash S. Postmodernism as Humanism? // Turner B.S. (Ed.) Theories of Modernity and Postmodemity. L.-Thousand Oaks, 1995. P. 68-69.

[40] - См.: Castells M. The Informational City: Informational Technology, Economic Restructuring and the Urban-Regional Process. Oxford, 1989. P. 23, 29.

---------------------------

ходу от форм индустриального производства[41] не могут не завершаться признанием того, что нарождающееся новое общество сохраняет капиталистическую природу, оставаясь "дезорганизованным"[42] или "поздним"[43] капитализмом. Несмотря на то, что таким образом постмодернисты даже объективно принижают значение происходящей социальной трансформации, они тем не менее совершенно справедливо обращают внимание на новый уровень субъективизации социальных процессов, растущую плюралистичность общества[44] , уход от массового социального действия, на изменившиеся мотивы и стимулы человека[45] , его новые ценностные ориентации и нормы поведения[46] , стремясь при этом обосновать опасность разделенности социума и активного субъекта[47] .