Расколотая цивилизация

[217] - Soros G. The Alchemy of Finance. P. 350.

[218] - См.: Forester Т. Silicon Samurai. P. 8, 7.

[219] - См.: Moschella D.C. Waves of Power. Dynamics of Global Technological Leadership 1964-2010. N.Y., 1997. P. 204, 207-208.

---------------

ми на 57 процентов, и их доля превышала японскую более чем в четыре раза[220]; в 1995 году сумма продаж информационных услуг и услуг по обработке данных составила 95 млрд. долл.[221], из которых на долю США приходится уже три четверти[222]. Как следствие, в середине 90-х годов было легко восстановлено и равенство на рынке производства микрочипов, нарушенное десять лет назад, в результате чего доли США и Японии выровнялись. Особенно важно в этой связи, что Соединенные Штаты обладают стабильным положительным сальдо в торговле патентами и научными разработками и активно наращивают производство новейших технологий, постоянно расширяя при этом их применение в национальной промышленности. В 1991 году в США впервые расходы на приобретение информации и информационных технологий, составившие 112 млрд. долл., оказались больше затрат на приобретение производственных технологий и основных фондов, не превысивших 107 млрд. долл. Значение информации как основного производственного ресурса растет настолько стремительно, что к началу 1995 года в американской экономике "при помощи информации производилось около трех четвертей добавленной стоимости (курсив мой. -- В.И.), создаваемой в промышленности"[223]. Сегодня американские производители контролируют 40 процентов всемирного коммуникационного рынка[224], около 75 процентов оборота информационных услуг и четыре пятых рынка программных продуктов[225]. Таким образом, на глубинном уровне, скрытом поверхностными финансовыми показателями, США демонстрируют с конца 80-х годов принципиально иной тип хозяйственного роста, нежели Япония и другие страны Юго-Восточной Азии, в начале 80-х казавшиеся источником опаснейшей экономической угрозы для Соединенных Штатов.

Именно поэтому, если "за кризисом 1929 года последовали резкий экономический спад и череда волн дальнейшего падения цен на фондовом рынке, то кризис 1987 года привел к относительно быстрому росту экономики, соответствующему повышению курса акций и, в результате, к стремительной компенсации первоначального краха"[226]. Динамика ВНП по итогам 1987 и 1988 годов показала лишь минимальное снижение темпов роста по срав

---------------

[220] - См.: Forester Т. Silicon Samurai. P. 44-45, 85, 96.

[221] - См.: World Economic and Social Survey 1996. P. 283.

[222] - См.: Barksdale J. Washington May Crash the Internet Economy // Wall Street Journal Europe. 1997. October 2. P. 8.

[223] - Stewart T.A. Intellectual Capital. P. 20-21, 14.

[224] - См.: OECD Communications Outlook 1995. P., 1995. Р. 22.

[225] - См.: Barksdale J. Washington May Crash the Internet Economy. P. 8.

[226] - Krugman P. The Age of Diminishing Expectations. P. 214.

---------------

нению с 1986-м, а ни о какой рецессии не могло быть и речи[227]. Экономика США оставалась самой мощной в мире, и хотя с 1973 по 1986 год Япония увеличила свой ВНП с 27 до 38 процентов от американского, Соединенные Штаты жестко сохраняли соотношения ВНП с европейскими странами -- с Германией, чей показатель составлял 16 процентов американского, Францией (13-14 процентов) и Великобританией (11-12 процентов); как следствие, с 1975 по 1990 год отношение суммарного ВНП стран ЕС и Японии к ВНП США повысилось всего на пять процентных пунктов -- со 107 до 112 процентов[228], что и стало реальной "ценой" тех 80-х годов, о которых нередко говорят как о самом тяжелом периоде послевоенного развития американской экономики.