Расколотая цивилизация

Однако неустойчивость нынешней ситуации не может не быть прелюдией к формированию нового стабильного мирового порядка, новой цивилизации, важнейшие принципы которой по-прежнему остаются для нас неизвестными. И мы полагаем, что уже в ближайшее десятилетие будут заложены основы новой социологической теории, ориентированной в будущее. Над исследователями начала третьего тысячелетия перестанут тяготеть как груз прошлого, так и фетиш текущего момента, а главные научные силы будут направлены на изучение тенденций, способных содержать в себе начала новой реальности, а затем и самих структурных элементов постэкономического общества. С этой точки зрения задачи футурологической теории представляются гораздо более сложными, нежели три десятилетия назад. Если пророки теории постиндустриализма основывали свои концепции на тщательном обобщении фактов, подтверждающих тенденции, которые сформировались в развитых странах в первый послевоенный период, характеризовавшийся максимальной внешней и внутренней стабильностью западного мира, то теперь, после 1973 года, социологи вынуждены отыскивать устойчивые тренды в непрерывной цепи кризисов и потрясений. Ошибки, которые могли быть допущены родоначальниками постиндустриализма в оценке перспектив развития цивилизации, вряд ли способны были стать фатальными, так как в мировом масштабе существовали различные политические блоки, отдельные регионы планеты обладали относительно независимыми друг от друга хозяйственными системами, а мировая экономика в целом, пусть и подверженная циклическим кризисам, была в известной мере саморегулируемой. Сегодня мы наблюдаем иную картину: стремительно формируется "однополюсный" мир, разрыв между отдельными регионами быстро растет, а непредсказуемость хозяйственных процессов превосходит, пожалуй, лишь непредсказуемость их оценок экономистами и социологами. Поэтому задача создания целостной концепции происходящих перемен и, в более отдаленной перспективе, целостной концепции возникающего социального порядка является как никогда актуальной.

Разумеется, было бы явной натяжкой утверждать, что анализ новых тенденций отсутствует в работах современных исследователей. Многие из них обращают внимание на изменение целого ряда трендов, берущее начало в середине 70-х годов, и подчеркивают значимость этих перемен как для западной цивилизации, так и для остального мира. Мы в своей книге также попытались рассмотреть важнейшие, с нашей точки зрения, из этих новых тенденций и оценить их роль и значение в определении облика нового мира. Но все они, при несомненной их значительности, не могут заслонить одного фундаментального факта. Мы имеем в виду то, что последняя четверть века прошла под знаком беспрецедентного нарастания всех известных форм неравенства, проявляющегося на любых структурных "срезах" современного общества. Имущественное расслоение населения развитых стран, формирование нового класса носителей знания, монополизирующего большую часть общественного богатства, резкое нарастание зависимости государств, составляющих "четвертый мир", от великих держав, феноменальный разрыв между постиндустриальным миром и отсталыми странами в области технологий -- все это представляет собой элементы того единого и самосогласованного процесса, в котором и выкристаллизовывается новый мировой порядок, адекватный обществу, важнейшим производственным, социальным и даже политическим ресурсом которого являются информация и знания.

Сегодня нельзя не видеть, что большинство экономистов и социологов исповедуют весьма специфический подход к названному кругу проблем. Несмотря на то, что многие признают сам факт углубления пропасти между двумя мирами, на которые раскалывается современная цивилизация, они тем не менее предлагают противопоставить этому процессу вполне традиционные методы, не вполне отдавая себе отчет в том, что "догоняющее" развитие в нынешних условиях не может быть эффективным, а решимость, с которой даже относительно отсталые страны готовы отстаивать право на свою отсталость, отнюдь не уступает той, с какой в прошлом веке они были готовы защищать право быть в ряду великих держав планеты.