Распятая Русь. Предания «Велесовой книги»

– Почему ты отпустил князя Скотеня и его сыновей, Бус? Сидя в затворе на моем дворе, они б больше не приводили своих дикарей на земли Русколани.

– Это бы сделали их жены, братья, иные князья, добившиеся высшей власти!

– Мне сказали, что ты обещал ягам корма в уплату за мир? Это правда?

– Да, если они будут верно служить нам и защищать наши южные границы.

– Я никогда этого не сделаю!! – взорвался Дажень. – Я никогда не буду платить дань побежденным!!

– Тогда тебе придется преступить через обет твоего сына. И лить кровь своих подданных вновь и вновь, отец! А ведь воины нам могут очень понадобиться и в других местах.

– Ты о чем? – поднял густые брови отец.

– Гунны все чаще приводят свои племена на наши земли. Им тесно на востоке, они стремятся к великой Ра. А на западе… Знаешь, когда я был на Родосе и в Никее, я каждый день слышал о готах и их царе Германарехе.

– Я давно знаю о них. Но это племя далеко на западе, они нам не угроза, – скривил губы князь Дажень.

– Отец, они пришли с севера менее ста лет назад. Успели захватить Дакию, Боспорское царство, их корабли были в Никее, Коринфе, Афинах. Они отобрали у ромеев Фракию. Говорят, все земли в верхнем течении Ра подчинились им. Греки трепещут при имени конунга Германареха, называя его новым Александром Великим. Если этот царь захочет двинуть своих воинов северо-восточнее Понтиды – будет большая война! Нам сейчас ни к чему напрасно терять своих ратников. Проще явить милосердие и искать новых союзников.

Дажень продолжал насмешливо смотреть на сына:

– Нет, ты стал совсем другим после измены нашим богам, Бус! Мне тяжело будет видеть тебя теперь рядом каждый день. А проводить дни в бесплодных спорах я не намерен. Поэтому слушай волю мою!

Он какое-то время помедлил, ожидая увидеть страх и волнение в глазах сына. Но тот продолжал смотреть спокойно-беспристрастно.

– После свадьбы ты вместе с женою отправишься на Непру-реку. Мы поделим Русколань пополам. Учи там, чему хочешь. Управляй, как хочешь. Заключай союзы, с кем хочешь. После моей смерти наследуешь все земли вновь, а пока… будь в моей столице лишь редким гостем!

– Хорошо, отец. И наши боги, и Христос учат людей всегда почитать родителей своих. Я с радостью выполню твою волю. Позволь лишь мне взять с собою всех, кто сам захочет последовать со своим новым князем?

При словах «новый князь» Дажень дернулся, но промолчал. Согласно кивнул, затем произнес:

– Князь Усень с твоей будущей женой уже на пути в Кияр. Пусть наш разговор пока останется между нами двумя, сын! Закончатся торжества, и я явлю свою волю всему народу.

– Хорошо, отец. Хотя…

– Что хотя? – вскинулся отец.

– Мы подадим плохой пример всем нашим потомкам, отец. До сих пор князей в Русколани принято было выбирать. Ты же меня хочешь просто назначить. Это может привести к тому, что наши потомки будут поступать так же, дробя некогда единую страну на все более и более мелкие части. А это – начало смерти любой земли!

Дажень не нашелся сразу, что ответить.

– Возьмешь после меня все снова! – зло повторил он. – А народ… народ все забудет!

Глава 17

Славяне двигались на запад. Более семи тысяч воинов захотели отправиться в степи Понтиды вместе с молодым князем. С ними шли и их семьи, стада, дома на колесах. Неспешно двигались длиннорогие быки, одномастные коровы, черные стада овец, табуны лошадей. Широкая полоса выеденной до корней травы и разбитой копытами земли оставалась за переселенцами. Многие из славян впервые совершали такое далекое кочевье.

Бус ехал вместе с Эвлисией. Родосская царевна легко смогла сменить колесницу на седло, и теперь, подобно бывшим хозяевам этих земель – амазонкам, горделиво оглядывала бескрайние просторы со спины спокойного иноходца. Ей, выросшей среди морского простора, степь нравилась больше, чем вздыбленные горы, окружающие священный Алатырь. Жребий брошен, теперь она – царица новых просторов. Жена человека, сердце которому раскрылось при первой же встрече.

– Там, куда мы едем, уже есть город? – спросила она мужа.

– Нет. К северу Киев и Голунь, у моря Ольвия греков. Но мы поставим град! На земле русов поставим, не может быть княжество без сердца!!

– Ты уже знаешь, где?

– Мы, славяне, ставим грады там, где чувствуем силу земли, идущую наверх. Там сливаются силы Сварги небесной и Ящера, бога подземелий, там волхвам легче всего общаться с богами.

– Ты так и остался язычником, милый, – улыбнулась Эвлисия.

– Я, Побуда земли славянской, учу людей тому, чему учил Христос: идти в этой жизни земной по законам Прави. Заповеди Христа – заповеди Прави! Язычник же тот, кто в Яви земной готов поклониться Чернобогу ради достатка и благополучия своего. Не называй меня и моих друзей более этим словом, любимая, ибо наш бог – Свентовит!!

– Не буду.