Распятая Русь. Предания «Велесовой книги»

Бус замолчал. Перед его глазами вновь встала сцена прощания с близкими за воротами Кияра. Дажень, растерянно глядевший на тысячи добровольно покидающих свои обжитые земли людей. Мелида с глазами, красными от слез, не желающая смотреть на мужа. Златогор, которого старшему брату с трудом удалось уговорить остаться в Кияре. Нежная Лебедь, подарившая долгий прощальный поцелуй. Сотни людей, машущих руками и бросающих венки под копыта уходящих вдаль лошадей…

– Я плохой муж, – грустно улыбнулся Бус Эвлисии. – Я вырвал тебя из стен одного дворца и не подарил второго. Теперь ты – простая кочевница.

– Ты подарил мне себя, милый, – подъехав вплотную, положила княгиня руку на плечо князя. – Твое тепло меня согреет лучше любого очага. А дворец ты мне еще подаришь! Я же в ответ одарю тебя сыном, новой надеждой земель славянских. Я, кажется, уже начала носить его в себе!

Князь изумленно посмотрел в глаза Эвлисии, поймал ее веселый взгляд и по-мальчишески широко улыбнулся в ответ:

– Я готов нести тебя на руках, радость моя!! Слава Сварогу, что он свел тебя со мною!

– И Христу тоже слава, – шепнули губы молодой женщины.

До города Танаиса, что лежал в месте впадения одноименной реки (Дон. – Прим. авт

.) в Ментиду, кочевники шли по землям пятигоров, белояров, новояров. Подъезжали князья племен, встревоженные появлением столь большого количества людей и скота на их равнинах: не гунны ли сорвали с насиженных мест братьев по крови. Успокоенные, приглашали Буса и Эвлисию в свои шатры, щедро угощали, пили священную сурью и заключали договоры о вечной любви и помощи.

Через широкий Танаис переправлялись на больших дощаниках. Множество русов и греков, проживавших недалеко от реки, услышав о возможности заработать звонкое серебро, поспешили на помощь князю. Они же научили Буса, как конный воин может быстро преодолеть любую водную преграду. Плотик из камыша привязывался к конскому хвосту, на него складывалась одежда и оружие. Сам ратник плыл, также держась за это немудреное плавающее средство. По словам славян, гунны преодолевали таким способом даже великую Ра!

На правом берегу Дона остановились на несколько дней. Из Танаиса прибыли купцы, охотно скупавшие сухие шкуры домашнего скота, тарпанов, антилоп, лис. Взамен славяне брали дорогую соль, наконечники для стрел и копий, ткани. По словам купцов, до самой Непры-реки торжищ переселенцам больше не встретится.

Славян-земледельцев, привыкших выращивать хлеб в предгорьях Алатыря, радовала черная жирная земля новой родины. Они порою с детской улыбкою на лице погружали в нее мечи, разглядывали и гладили испачканные лезвия и все больше мечтали о том дне, когда можно будет железным оралом нарушить девственность дикой степи. Все чаще и чаще князь ловил на себе их вопрошающие взгляды: «когда?» Но сердце-вещун продолжало биться ровно.

До Непры оставалось чуть больше поприща пути, когда вдали показалась возвышенность, опоясанная столь редкой в этих местах дубравой. Бус встрепенулся. Подтолкнув горячего скакуна пятками, карьером полетел к холму, соскочил с седла. Эвлисия, Мирослав и еще с десяток спутников следовали за ним. Тенистая прохлада поглотила их, звон бегущего из-под земли широкого ключа порадовал слух. Затем вновь засияло солнце. Бескрайние просторы открылись с высоты взглядам антов.

Бус стоял на самой вершине, направив к земле широко раскрытые ладони. Глаза его сияли. Князь достал из вьюка кольцо от кольчуги, подвешенное на длинной льняной нити, взял ее в пальцы. Почти сразу маленький кусочек железа принялся описывать в воздухе широкие круги.

– ЗДЕСЬ мы заложим свой новый град, други!! Здесь, в этом святом урочище, поставим храм Солнца! Здесь забьется новое сердце Русколани! Мирослав, прикажи послать отряды во все концы, пусть собираются сюда князья и простой люд. Я не хочу нарушать традиций наших предков, попрошу их согласия на мое княжение над ними! Пусть выбирают, люб ли я им.

– Как же ты назовешь свой город, повелитель? – спросила Эвлисия.

– Как? Мы встали на земле русов, дорогая. Так пусть же он носит гордое имя этого могучего племени – Русград!!

Глава 18

Весть о том, что в нижнем течении Непры сын русколанского князя Даженя заложил новый город, что русы и тиверцы на общем вече признали его своим князем и согласились содержать княжью семью и дружину, быстро распространилась вокруг. Из соседней Ольвии приехало несколько греков, которые под видом купцов простояли у Русграда несколько дней, больше беседуя с Бусом, Эвлисией и ратными, чем торгуя незатейливым привезенным товаром. Священник, сопровождавший лжекупцов, провел с бывшей царевной целый день, услышав о том, что ее муж проповедует языческие веды, пересмотренные с точки зрения христианства. Он же потом с пеной у рта спустя несколько недель доказывал совету иерархов в Константинополе: