Распятая Русь. Предания «Велесовой книги»

– Ты прав, Бус! Твой сын может быть окончательно посвящен. Смотри, как ритмично вспыхивают и гаснут летящие к земле звезды! Словно музыка играет в великом доме Сварога. И Драгомир щедро наделен подобным даром. Так пусть же отныне он зовется Бояном. Пусть песни его прославляют Русколань, будя в душах людей самые светлые чувства! Звуки музыки порою бывают сильнее меча!

– Я согласен, Богуслав! Звезды мне сказали то же самое. Когда ты свершишь обряд посвящения?

– Завтра утром с первыми лучами солнца. Подготовь сына сам по всем правилам наших Вед.

– Я буду рядом с ним в это великое для мальчика утро, Богуслав.

Бус довольно долго помолчал, пристально глядя на звезды. Волхв почувствовал, что князь думает не только о скором обряде.

– Тебя гнетет что-то еще, Бус? Поведай.

– Я давно уже хочу исправить наш старый календарь, подаренный славянам Колядой. Коль мы живем под кругом Сварога[37], наши месяцы, наши праздники богов должны быть привязаны к прохождению небесных знаков богов через какую-то линию. Тогда наш каждый день и вся жизнь будут точно проходить по законам Прави небесной! Согласен?

Старый жрец был поражен. Князь так просто сказал о том, чему учил свой народ вот уже несколько лет. Действительно, небесная Правь должна править на земле каждый день!

– И ты уже знаешь, какая это будет линия?

– Да. Звезда Севера всегда постоянна. Пусть же линия пройдет от наших глаз через нее. Я прошу тебя, Богуслав, заняться постоянными наблюдениями здесь, в Русграде. Как только окажусь в Кияре, попрошу о том же Светозара. Через пару лет мы не только создадим календарь Прави, но и выясним, какое звездное время разделяет наши главные грады Русколани.

(Знаете ли вы, уважаемый Читатель, что такой календарь действительно был создан, и именно по нему живем мы сейчас. Он не уточнялся с года гибели Буса, в нем славянские праздники (Рождество Златы Майи, Перунов день и другие) заменились на современные Рождество Богородицы и Ильин день. Этого календаря придерживается Русская православная церковь, сменившая лишь названия ведических празднеств на религиозные.)

Глава 27

Печальная весть, привезенная Златогором, была, к сожалению, ожидаема первенцем князя Даженя. Старший сын знал, что отец давно и серьезно болел. Гунны стали частенько переходить на правый берег Ра, тесня и захватывая в плен кочевья русов и северян. Оттого под руку Буса все больше стало притекать славян-кочевников и славян-землепашцев, ищущих покоя для своих стад и возделанных полей. Земель же севернее Меотиды и Понтиды хватало для всех.

Братья уединились для вечерней тризны. Эвлисия уложила Бояна спать и с нетерпением ожидала возвращения мужа. Она уже была в курсе планов князя теперь вновь единой Русколани.

– За отца! – поднял рог со священной сурьей Бус.

– За отца! Пусть душа его найдет покой в Ирии и вскоре вновь вернется в новом обличии на твои земли, брат!

– На наши земли!!

Белояр медленно отлил напиток, как жертву богам, испил остальное и положил окованный серебром сосуд на стол. Златогор повторил те же действия и вопросительно глянул на брата:

– На наши?.. Что ты хочешь этим сказать?

– Я поеду в Кияр и испрошу народ согласно старой традиции: хотят ли они видеть меня великим князем. Полагаю, что противников не будет. Но душа моя, брат, уже прикипела к Непре, к Русграду, к новым просторам. Сердце Русколани будет биться теперь здесь! Тебя же попрошу остаться в Кияре и быть там всегда моей опорой и надеждой. Остальные братья и Лебедь вольны в своем выборе.

Златогор машинально огладил свой длинный чуб.

– Ты доверишь мне править, не дожидаясь твоих мелких указаний?

– Я буду навещать Кияр один-два раза в год, и мы вместе будем намечать самые важные наши дела. В остальном, брат, ты будешь поступать по Прави своей! Уверен, что не дробить, а лишь усиливать и защищать ты станешь земли наших предков.

Бус помолчал и негромко добавил:

– Словен Киевский, Бобрец Воронежский, Златогор Киярский, Бус Русколанский…

Жаль, что Голунь до сих пор не дала четкого ответа, готова ли она к совместным выходам на поле брани…

– С кем ты хочешь воевать, брат?

– Я?! Ни с кем.

– Тогда я тебя не понимаю.

– Ты же ведь тоже Побуда, как и я. И должен постоянно сверять жизнь свою и народа своего с небом. Вскоре закончится Великий День Сварога[38]

, наступит Ночь.

Я молю Рода и Сварога, чтобы в это время на наши земли не пришел какой-нибудь сильный враг. Уйдет время Белояров[39], настанет время Рода[40]… каким оно будет для Русколани?..

– Германарех далеко. Гунны разобщены и тем не опасны. Кто может быть еще? Ромеи?

– Я думаю, готы! Германарех – великий воин.

Златогор хмыкнул:

– Он уже пережил свою сотую весну, этот старик.

– Воевода готов Алп при встрече мне говорил, что «старик» легко садится в железной броне на коня и способен каждую ночь успешно брать наложницу. Нужно не о смерти его молиться, а о том, чтобы Германарех повел свои десятки тысяч на Рим, а не на Русград!!

Бус сам вновь наполнил рога и по-отечески посоветовал: