Распятая Русь. Предания «Велесовой книги»

Посыльный умчался. Взамен на холм вскоре поднялись Славн и несколько его русов. Они сняли с вьючной лошади большой сверток, положили его к ногам Белояра и развернули…

…Мирослав лежал с боевой, навеки застывшей, маской ярости на белом лице. Когда-то подаренная Бусом верному слуге кольчатая железная рубаха не спасла воеводу. Чей-то боевой топор ударил его в ключицу, развалив грудную клетку пополам. Сведенные судорогой пальцы продолжали удерживать рукоять меча.

Спазм перехватил горло князя.

– Славно жил, славно умер! Пусть готовят ему могилу. Мирослав достоин тризны и погребального холма!!

Он сошел с коня, встал на колено, поцеловал холодный лоб. Взглянул еще раз в зеленовато-серые глаза, словно запоминая их, и прикрыл веки широкой тяжелой ладонью…

Глава 36

Эдиульф стоял со связанными руками перед креслом своего старшего брата. В тот страшный для него день позора он одним из первых бросился в реку, спасаясь от беспощадных мечей рассвирепевших русов, антов и тиверцев. На правом берегу его молча подхватил ярл Бикки, усадил на коня и поспешно увез от надвигающейся конницы. Около трех недель король не хотел видеть Эдиульфа, одновременно запрещая отъезжать куда-либо из палаточного лагеря. От страха горе-полководец сорвался в глубокий запой, вытащить из которого не смогли ни женщины, ни загонная охота в лесах древлян.

К этому времени Германарех уже узнал от Бикки всю историю разгрома и гибели любимца короля Алпа. Сердце импульсивного старика кипело от ярости. Когда же прибыли послы из Русколани с предложением выкупить более семи тысяч пленных, Германареха прорвало!

Брата привезли прямо из постели. Опухшее от вина лицо не внушало ничего, кроме презрения. Красные слезящиеся глаза перебегали с одного вождя на другого. Ноги дрожали в коленях, и Эдиульф никак не мог погасить или спрятать этот стыд.

Германарех протянул в сторону брата свиток бумаги:

– Бус Белояр предлагает вернуть моих воинов за два коня золота и триста голов длиннорогих быков. Что скажешь, Эдиульф? Сможешь заплатить?

– Дай мне тридцать тысяч конных, и я притащу к твоим ногам этого наглеца!! Жизнью клянусь!!

– Твоя жизнь сейчас ничего не стоит! Она висит на кончике моего меча. Так ты готов заплатить за преданных и брошенных тобою братьев, или?..

– Готов, готов!!! Только не убивай меня, брат!

– Напиши своему хранителю казны, чтоб вез сюда золото. Быков пусть твои слуги гонят прямо на Днестр. Белояр продолжает стоять лагерем у большой излучины.

– А… твое обещание?..

Германарех поднялся на ноги и громко произнес:

– Клянусь не поднять на тебя своей руки, брат!!!

Эдиульфу развязали руки, принесли кусок пергамента и перо с чернилами из дубовых орешков. Он долго выводил кривые строчки, постоянно роняя кляксы. Поднесенный рог крепкого вина ускорил составление текста.

Письмо скатали в рулон, запечатали воском, приложили перстень-печать. Германарех сел в седло своего любимца, усмехнулся:

– Дайте ему еще вина, чтобы братец стал похож на мужчину.

Эдиульф вновь поднес рог ко рту, от радости проливая под ноги алые тягучие капли. Обошлось, брат его пожалел!!! Он так и не узрел, когда король развернул морду жеребца в сторону ненавистной ему фигуры и повелевающе толкнул пятками в бока!..

Говорят, что лошадь – очень умное животное: она всегда старается не наступить на распростертого человека! Это верно, как верно и иное – умная и преданная лошадь всегда понимает помыслы своего хозяина! И готова выполнить их без малейших колебаний…

Эдиульф не успел отпрянуть в сторону. Мощная грудь коня сбила его с ног. Повинуясь узде и голосу всадника, жеребец заплясал коваными копытами по мускулистому телу, дробя кости и разрывая плоть. Германарех не обращал ни малейшего внимания на предсмертные крики, равнодушно глядя вниз. Эдиульф замолк, кровь ручьями текла из многочисленных ран, но рука короля продолжала одобрительно похлопывать жеребца по шее, и столь же ритмично продолжался чавкающий перестук стройных ног. Лишь убедившись, что брат превратился в ком мяса и костей, Германарех натянул повод:

– Ты не сможешь упрекнуть меня, брат, что король не держит своего слова! Это все он, мой гордый Беркут. Он ведь тебе ничего не обещал?!

Страшен был его спокойный вид, равнодушное лицо, страшен металл, звучащий в голосе. Близкие Германареха знали, что их повелитель любит кровавые расправы с провинившимися или не подчинившимися его воле людьми или животными, многие в душе были готовы к подобной концовке. Король направился к ручью, слуги тотчас принялись смывать алые пятна с бабок и копыт.

– Бикки, я жду тебя к вечернему столу! Остальные могут спокойно помянуть моего несчастного братца. Ты что-то хотел сказать, Вультвульф?

– Нет, ничего! – испуганно ответил самый младший из братьев. Хотя ему было за шестьдесят, выглядел он подобно ребенку. – Если понадоблюсь, я буду весь вечер у Рандвера!

Коснувшись ногой колена сына Германареха и едва заметно толкнув его своим, Вультвульф поспешил удалиться с залитой кровью поляны.