Расширение прав и возможностей женщин в России

Темой семинара было партнерство в третьем секторе. Речь шла о партнерстве внутри сектора, то есть о том, как общественные организации могут работать друг с другом и находить других союзников в СМИ, бизнесе, законодательных и других органах власти. Стиль проведения семинара был мягким и уважительным. В презентации Виктор использовал рассказ от первого лица («я»), он часто приводил примеры из собственной работы в музее Владимира. Он уговорил участниц поделиться своим опытом и идеями. Мы начали с коллективного обсуждения качеств и поведения, идеально подходящих для ведения переговоров. Вместе с Виктором, который искусно нас направлял, мы создали два списка, которые он написал маркером на доске. В список, озаглавленный «Всегда да», мы внесли: чуткость, пунктуальность, гибкость, способность внимательно слушать. В списке под заголовком «Никогда» было: опаздывать, плохо себя вести, делать предположения о ком-либо на основании национальности / семейных проблем / места проживания. Мы некоторое время поразмышляли над этим, а затем Катя предложила модель для рассмотрения – пирамиду. Это, как оказалось, было ключевым аспектом их метода. Манера проведения была типичной для западных мастер-классов: Катя объяснила нам принцип пирамиды. «Пирамида может помочь нам выбрать партнеров, – сказала она. – Если мы хотим работать, например, с городской Думой (законодательным органом), нам нужно понимать, как она работает и как принимает решения».

После перерыва на чай с печеньем сессия закончилась игрой. Виктор разбил нас на пары. Мы должны были обсудить определенные вопросы. Как выбрать партнера? Что партнеры могут нам предложить? Что мы можем предложить партнерам? Затем мы поделились своими идеями с Виктором, и он записал их маркером на доске. До этого момента женщины были уступчивыми, вежливыми, прилежными и относились друг к другу уважительно. Институт был привычным местом для некоторых из них, они посетили здесь множество семинаров; эти женщины стремились продемонстрировать владение терминологией и быстро находили примеры в соответствии с заданиями. Но в конце все начало разваливаться. Составлять обширные списки пожеланий труда не составило (деньги, компьютеры, офисные помещения), но когда дело дошло до реального взаимодействия, участницы зашли в тупик. «Мы им не нужны», – сердито пробормотала мне моя напарница Вера. Услышав столь негативное утверждение, Виктор мягко покачал головой и написал на доске красными буквами слово «имидж». «Политики должны создать себе имидж, – сказал он нам, – чтобы хорошо выглядеть в глазах общества. Вы можете предложить им возможность оказать вам поддержку»[73].

На обратном пути домой я задумалась над этим опытом. Я чувствовала, что после семинара я стала лучше понимать, зачем нужен третий сектор. Трехсекторная модель говорит, что все три сектора сосуществуют гармонично. Третий сектор, пространство гражданских инициатив, может рассчитывать на поддержку и признание со стороны двух других (власти и бизнеса). Согласно этой логике, третий сектор является хранилищем человеческих ресурсов, кладезем навыков, опыта и энергии, и поэтому государство заинтересовано опираться на него. Таким образом, участие в третьем секторе предлагает достойную роль. Субъект третьего сектора уже не находится в положении просителя, принимающего блага от патерналистского социалистического государства. Это профессионал, ведущий переговоры о заключении договора на равных условиях. Согласно модели третьего сектора, общественные группы, ассоциации и клубы являются неотъемлемой частью функционирования здорового общества. Однако насколько эта модель соответствовала реальности? Противоречия внутри Института бросались в глаза.