Рассказы о русском музее

Иконы стекались в музей из Суздаля, Новгорода, многих древних русских городов. После революции их стало поступать еще больше: из Архангельской области, Пскова, Ярославля, Вологды, Кашина, десятков сел и погостов. За несколько лет до войны в глухой деревушке Манихино, недалеко от берегов Свири (на землях древнего Новгорода, входящих сейчас в Ленинградскую область), была обнаружена замечательная икона «Георгий на коне», созданная в конце XIV — начале XV века. Ее можно видеть в экспозиции музея. Это одна из нескольких экспонированных икон, на которых мастера древнего Новгорода воспели подвиги «небесного воина» Георгия, чудесно защищающего всех, кто обращается к нему за помощью. «Георгий на коне» — наивный, но прекрасный образ торжествующей справедливости; именно так воспринимали икону современники.

Не только иконы явились в музее пришельцами из тьмы былого. Деревянная скульптура, резьба по кости и камню, металлическое литье и чеканка, ювелирные изделия столетиями хранят обаяние подлинного искусства, образы ушедшей эпохи. И все-таки именно иконы — шедевры русского национального искусства — предшествовали «светской» живописи.

Люди поклонялись иконам, веря в их чудодейственную силу. Святые не оправдывали ожиданий, а люди продолжали с мольбой вглядываться в их лица: реальная жизнь не давала утешения.

Но многие прозревали. И тогда они видели в помутневших иконных ликах нечто иное — не высокую святость, а высокое искусство — подлинную силу, возвышающую человека. Иконы порой выводили человека из тесных церковных нефов, из душного мирка религиозных представлений — в просторы прекрасного, где иным иконам принадлежат действительно почетные места.

Так случилось, что икона, задуманная церковниками как источник небесного утешения, иной раз восполняла нравственные пробелы человеческой жизни на земле.

В те далекие времена над созданием икон трудились выдающиеся мастера, такие, как великий Андрей Рублев (шестисотлетие с года его рождения отмечал недавно по решению ЮНЕСКО весь мир). В Русском музее есть четыре иконы, к которым прикасалась его рука.

Рушатся преграды времени и истории, когда смотришь на иконы Рублева, вглядываешься в лица его апостолов Петра и Павла (они выполнены совместно с Даниилом Черным для Успенского собора во Владимире в 1408 году). Перед нами возникают не столько святые, сколько мыслители, мудрые и добрые люди. Рублевские Петр и Павел — не чудодеи, а поэты. Впрочем, поэты бывают чудодеями…

В 1919 году, приехав в Россию, посмотреть иконы Русского музея пожелал Бернард Шоу. Гениальный английский драматург привез с собой только что опубликованную пьесу «Дом, где разбиваются сердца» — «фантазию в русском стиле на английские темы». В предисловии к ней Шоу одним из своих учителей назвал Чехова. Великий англичанин живо интересовался русской культурой, уважал и любил ее.

Он ходил в сопровождении А. В. Луначарского по залам музея, всматривался в старинные иконы, сам очень похожий на рублевских апостолов, высказывал наркому свое восхищение. Когда-то, лет тридцать пять назад, Шоу работал в газете художественным критиком. Потом он стал большим художником и тонким, благодарным зрителем. «Я никогда не любил ходового искусства, — писал Шоу, — не уважал ходовой морали, не верил в ходовую религию». В русских иконах писатель увидел не ходовую религиозную форму, не ханжескую христианскую добродетель, а человеческую сущность национального искусства, живой народный гений.

Зал древнерусского искусства

Не только Бернард Шоу — талантом русских иконописцев восхищались и восхищаются многие выдающиеся люди Запада.

Русская икона не случайно завоевала международный авторитет, всеобщее восхищение. Она остается одной из вершин мирового изобразительного искусства, потому что никто не превзошел ее изяществом и лаконизмом рисунка, яркостью и чистотой цвета. Здесь торжествуют великая простота изображения и девственная чистота цвета, оригинальный взгляд на события библейской и человеческой истории.

Время древнерусского искусства ограничено датами: XI–XVII века. Его шедевры все полнее представали в собрании Отдела древнерусского искусства. В 1950-х годах начались экспедиции в различные районы страны для поисков и выявления новых произведений древности. Это были увлекательные поиски: на каждом шагу, в любой деревне, в заброшенной часовне могли оказаться подлинные клады, несметные сокровища. Их нелегко было найти, еще труднее — распознать. По цель оправдывала средства. И сотрудники музея путешествовали в непогоду, по бездорожью, забираясь в самые глухие уголки страны.

Икона «Ангел с золотыми волосами»

Иной раз искателей ждали горькие разочарования. Не везде берегли народное достояние, иные памятники искусства безвозвратно погибли при самых непростительных обстоятельствах. К счастью, в большинстве старинных городов и сел хранят память о прошлом. Экспедиции приносят бесценные находки. Ученым, художникам, научным работникам удается привозить в музей все новые сокровища.