Разделяй и властвуй. Нацистская оккупационная политика

Процесс повышения значимости «национального фактора» имел и негативные аспекты — в первую очередь, формирование деления наций на «свои» и «чужие». В СССР произошло свертывание работы с национальными меньшинствами, особенно с теми, которые были признаны «некоренными». По решению Оргбюро ЦК ВКП(б) от 1 декабря 1937 г. был ликвидирован ряд национальных районов и сельсоветов^{220}. На Украине были закрыты пионерские газеты на немецком и еврейском (идиш) языках, вместо них началось издание всеукраинской пионерской газеты на русском языке^{221}. В марте 1938 г. были ликвидированы некоторые национальные (финские, латышские, немецкие[11], греческие и др.) педагогические училища^{222}. Такие меры были направлены не только на сокращение чрезмерной этно-территориальной чересполосицы, но и на форсирование растворения «малых народов» в советской общности.

В отношении «некоренных» народов были осуществлены репрессивные меры, которые, в первую очередь, коснулись немцев. После прихода Гитлера к власти в 1933 г. руководство СССР стало все более склоняться к мысли, что советские немцы — это «пятая колонна», которая обязательно «проявит себя при начале военных действий»^{223}. В период репрессий немцы были «вычищены» из оборонной промышленности, и вместе с ними — представители других национальностей, признанных «некоренными» (например, поляки, латыши, эстонцы)^{224}. В июне — июле 1938 г. была произведена аналогичная чистка Красной Армии^{225}. После прихода в мае 1939 г. В.М. Молотова на пост наркома иностранных дел было уволено до 90% ответственных работников наркомата, многие из которых были представителями «некоренных» национальностей^{226}. Были осуществлены депортации по национальному признаку — в 1936 гг. из Украины в Казахстан было переселено 45 тыс. немцев и поляков, в 1937 г. с Дальнего Востока в Казахстан и Среднюю Азию — 172 тыс. корейцев, из приграничных районов Закавказья, Туркмении, Узбекистана и Таджикистана в Киргизию и Казахстан — 2 тыс. курдов. В 1939 г. депортации подверглись польские колонисты («осадники» и «лесники») из Западной Украины и Западной Белоруссии. В 1940 г. из Мурманской области были депортированы «граждане инонациональностей»^{227}.

В целом «германский фактор» был широко представлен в предвоенной советской политике и пропаганде. Известно, что приход НСДАП к власти в Германии в 1933 г. был резко негативно встречен в СССР. Антифашистская пропаганда в Советском Союзе была решительной и бескомпромиссной^{228}. Эпитеты, данные советской пропагандой нацистам и их предшественникам — германским империалистам, — были самыми жесткими^{229}. Подчеркивались давняя история экспансионистских намерений Германии^{230}, «исконное противостояние» русского и других соседних народов, с одной стороны, и германцев, с другой^{231}. Агрессивные намерения нацистской власти в отношении СССР были отражены в литературе^{232}. Обвинение в «шпионаже в пользу Германии» было общим местом кампании массовых репрессий в 1930-х гг. В такой политике прослеживались аналогии с противодействием «пятой колонне» в странах Европы^{233}, где НСДАП вела среди местных немецких общин усиленную пропаганду^{234}. Однако в СССР возможности для германских нацистов вести свою пропаганду и вербовать «пятую колонну» фактически не было, и поэтому обвинения репрессированных советских граждан в сотрудничестве с нацистами, в основном, были ложными.

Антифашистская пропаганда, осуществлявшаяся в Советском Союзе, тем не менее не переходила в антинемецкую. Наоборот, народ Германии был записан в союзники СССР как «жертва дикого фашистского изуверства»^{235}, «с нетерпением ждущая падения фашистского режима»^{236}. Советская пропаганда выражала солидарность с еврейским населением Германии, регулярно помещая материалы о гонениях, погромах, зверских расправах в отношении евреев. В СССР проводились акции протеста против антисемитской политики нацистов^{237}.