Разрушенная судьба. История мира глазами мусульман

Услышав, что младший внук Пророка пустился в путь, Язид выслал ему навстречу армию. Реальной угрозы для империи Хусейн не представлял, но Язид хотел сокрушить и раздавить его в качестве предупреждения другим радикалам, которым вздумалось бы разыгрывать карту «богоизбранности». Армия Язида настолько превышала числом небольшую группировку Хусейна, что о сражении не могло быть и речи. Легенда гласит, что против четырех сотен Язид выставил сорок тысяч.

Путь имама Хусейна в Кербелу

Каковы бы ни были размеры этой имперской армии, она настигла Хусейна в пустыне к югу от Кербелы, города вблизи южной границы Ирака. Если вы взглянете на сводки погоды в этой части света в летние дни, то увидите, что температура там поднимается до 115 градусов по Фаренгейту (около 46 °C. – Прим. ред.) и выше. В такой-то знойный день императорская армия окружила маленький отряд Хусейна на берегу Евфрата, отрезав его от воды. Хусейн, однако, сделал то, на что не хватило духу его отцу. Он отказался мириться, договариваться, искать компромиссы. Бог, сказал он, избрал его, чтобы возглавить общину добродетельных – и он не может отказаться от миссии, порученной ему Богом.

Один за другим выходили воины Хусейна, чтобы сразиться с воинами Язида. Один за другим они гибли в бою. Тем временем женщины, дети и старики умирали от жажды. Когда погиб последний из этого отряда, победоносный полководец ворвался в лагерь, отрубил Хусейну голову и отослал ее императору вместе с хвастливым письмом.

Отрубленная голова прибыла во дворец в то самое время, когда Язид угощал ужином византийского посла, и сильно испортила пир.

– Так-то поступаете вы, мусульмане? – спросил посол. – Мы, христиане, никогда так не обошлись бы с потомком Иисуса!

Эта критика разъярила Язида, и он приказал бросить «римлянина» в темницу. Позднее, однако, и сам он понял, что отрубленная голова делает ему дурную рекламу, и отослал ее обратно в Кербелу, чтобы там ее захоронили вместе с телом.

Язид, несомненно, верил, что разрешил проблему: никто из потомков Али больше не осмелится бунтовать! Однако он жестоко ошибся. Сокрушив Хусейна в Кербеле, император зажег искру, из которой разгорелось пламя. Страстная борьба за дело Али, получившая имя шиизма, охватила страну, как степной пожар. Что такое шиизм? Об этом часто рассказывают как о простой династической распре, вроде войны между королем Стефаном и претенденткой Матильдой (Мод) в Англии XII века. Но будь это так, после смерти Али движение угасло бы само собой. Кто сейчас назовет себя «модистом» или «стефанистом»? Кому в наше время интересно, кто из этих двоих имел больше прав на английский престол? Но у Али новые сторонники появлялись и после смерти. Ряды шиитов пополнялись и росли. Люди, при жизни Али еще даже не родившиеся, принимали его дело как свое, строили свою идентичность на убеждении, что первым халифом должен был стать он. Как такое возможно?

Ответ, разумеется, в том, что спор о халифате был не просто династической распрей. В нем были заключены ключевые богословские вопросы, поскольку требовалось ответить на вопрос не только о том, кто будет лидером, но и что лидер будет собой представлять. Сторонники Али видели в нем нечто такое, чего не видели в прочих претендентах на халифат: некое Богоданное духовное достоинство, делавшее его чем-то большим, чем простой смертный, то же, что видели они и в Мухаммеде. Никто не говорил, что Али – новый Посланник Божий. Такое заявление (по крайней мере, на том этапе) было просто невозможно, так что Али дали новый титул. Его стали называть имамом.

Изначально «имамом» назывался просто человек, возглавляющий общую молитву. Для большинства мусульман это слово и сейчас означает то же самое. Это именование свидетельствует об уважении и значит примерно то же, что наше «достопочтенный» или «глубокоуважаемый». Всякий раз, когда несколько мусульман собираются, чтобы вместе помолиться, кому-то из них приходится возглавлять молитву; он не делает ничего такого, чего не делали бы и остальные, просто становится перед ними и, так сказать, задает тон и ритм. В каждой мечети есть свой имам; и, когда он не возглавляет молитву, он вполне может подметать пол или чинить крышу.

Но шииты, говоря об «имаме», имеют в виду нечто намного более возвышенное. Для шиитов в мире существует лишь один имам – никогда не больше. Они исходят из мысли, что Аллах облек Мухаммеда некоей ощутимой мистической субстанцией, своей энергией или светом, именуемым барака Мухаммеда. Когда Пророк умер, этот свет перешел к Али, и в этот миг Али стал первым имамом. Когда умер Али, тот же свет перешел к его сыну Хасану, и он стал вторым имамом. Позже та же искра перешла младшему брату Хасана Хусейну, и он стал третьим имамом. Когда Хусейн пал мученической смертью при Кербеле, сама идея «имама» развилась в глубокую богословскую концепцию, обращенную к религиозной жажде, которую не принимали во внимание мейнстримовые учения того времени.