Разведка и контрразведка

2 декабря штаб русского юго-западного фронта приказал прекратить работу передающих радиостанций. С этим приказанием он несколько опоздал. Была прекращена также отправка [133] частной телеграфной корреспонденции из России в Швецию. Однако агентура и пленные дали нам возможность установить усиление русского южного фронта двумя корпусами и отсутствие перемен на фронте по линии Стрыпа. 20 декабря вечером русскими была возобновлена радиосвязь и введен в действие новый, 13-й по счету, шифр. Этот шифр нами был уже давно раскрыт, так как рации армий других русских фронтов пользовались этим шифром еще с 14 декабря. Положение было и оставалось для нас совершенно ясным в течение всех новогодних боев, предпринятых русскими.

Черногория не была спасена. Как всегда, плохо информированные разведывательной службой черногорцы ожидали нападения не в том месте, где это нужно было, и в начале января 1916 г. занятием Ловчена были опять застигнуты врасплох. 19-й австрийский корпус вторгнулся в Албанию, занял Скутари, выгнал итальянцев из Дураццо и выдвинул передовые части к Воюза. К сожалению, сербы, уцелевшие до сих пор от пленения и эпидемий, и на сей раз ускользнули.

Деление захваченных областей между Австро-Венгрией и Болгарией происходило не без недовольства со стороны последней. Наш генштаб даже обсуждал вопрос о прекращении доставки военных материалов в Болгарию. Все это вызвало недовольство короля Фердинанда в отношении нашего военного атташе полк. Лакса. Наш посол, граф Тарновский, вынужден был выслушать от Фердинанда, что своими угрозами полк. Лакса обидел болгарского командующего армией, армию и страну. В мае 1916 г. Лакса был сменен полк. Новак, руководителем бюро контрразведки. Офицер связи при болгарской армии, капитан Кюнцль, тоже не понравился болгарам неудачной литературной деятельностью.

Для управления завоеванными областями в Белграде и Цетинье были созданы генерал-губернаторства. Руководство разведывательным отделом, организованным в Белграде, принял майор генштаба Вильгельм Стипетич, руководивший разведывательной службой во время операции Макензена. Руководство разведывательным отделом в Цетинье было возложено на капитана Андрейка. Проверка оставшегося сербского населения, среди которого было много солдат, скрывавшихся в гражданской одежде, выявление наших перебежчиков, в том числе, к сожалению, и офицеров, поступивших на сербскую службу, собирание и сохранение захваченных сербских документов, паспортное и цензурное дело — создали много работы. Вскоре от болгарского руководителя разведывательной службы, майора Таскова, было получено сообщение о том, что сербский [134] майор Тернокопович и воевода Бабунский разрабатывают планы организации партизанских банд для разрушения на греко-болгарской границе железных дорог и депо, чтобы препятствовать движению из Салоник через Болгарию.

Салоники продолжали оставаться очагом ненастья на Балканах.

Глава 21. Газетные объявления и контрабанда на службе шпионажа

В апреле 1915 г. был создан австрийский центральный орган контрразведки по образцу дирекции венской полиции; начала издаваться собственная контрразведывательная газета, публиковавшая сведения о разыскиваемых шпионах, предостережения относительно шпионов-мошенников и лиц сомнительного происхождения и прочую информацию о собственной и иностранной разведке. Было выпущено также составленное разведывательными бюро штаба главного командования пособие «Разведчик», предназначенное для унтер-офицеров и солдат. В этом пособии освещалась деятельность шпионов и вытекающая из нее опасность для армии. Повсюду распространялись плакаты «Предостережение от шпионов», с целью втянуть население в борьбу со шпионажем. Возросшая опытность разведчиков противника привела к падению количества осужденных за шпионаж, несмотря на увеличение количества противников. В течение первых пяти месяцев 1914 г. было осуждено 197 человек, а к 1918 г. эта цифра упала до 12 человек.

Многие шпионы были арестованы во время нашего продвижения на русском фронте. Львов в этом отношении дал богатую добычу. Сейчас же после занятия Львова русскими сюда прибыл известный там подполк. Яцевич, за ним прибыли жандармские коменданты из Радзивиллова и Волочиска и были созданы три реэидентуры. Безработица принудила многих превратиться в шпионов или служить в русской полиции. Преступники, освобожденные русскими из тюрем, оказались благодарными своим освободителям. Многие ушли с русскими и, само собой разумеется, прежде всего «главные агенты»: Иуда Вейнбаум, Генрих Пистол, Ионас Гальберштадт и доктор Хаим Вольфрам. Остался только один — Фадеус Гульковский с некоторым числом мелких шпионов. Он был нами осужден. [135]

Сознавая, что поймать всех шпионов невозможно, мы стремились, по возможности, затруднить их деятельность. В августе 1915 г. армейский район был разделен на более узкие и глубокие военные зоны, въезд в которые разрешался гражданским лицам в исключительных случаях.