Реорганизованная преступность. Мафия и антимафия в постсоветской Грузии

Короче говоря, воры в законе действуют как мафия, и их организация имеет все особенности сети доверия. Ниже я покажу, какие выводы можно сделать из этой концептуализации воров в законе. Но сперва нам необходимо задаться вопросом, почему такие, как воры в законе, мафии приходят в упадок и что об этом говорят другие. А потом мы будем должны построить теорию устойчивости к разрушительным воздействиям. Я покажу, как сделанное Тилли описание особенностей сетей доверия поможет это сделать.

Упадок мафиозных организаций

Объяснить банкротство какой-то конкретной мафии или организованной преступной группы в каком-то конкретном случае пытаются многие исследования [Reuter 1995; Jacobs et al. 2001; Schneider, Schneider 2003; Zhang, Chin 2003; Vigna 2006; Huisman, Nielsen 2007; Paoli 2007; Johnson, Soeters 2008]. Большая часть этих исследований дает государственно-ориентированное объяснение такого банкротства. Использованию законодательства в стиле акта «О подпавших под влияние рэкетиров и коррумпированных организациях» для криминализации мафиозных ассоциаций[18]и созданию административных инструментов для обеспечения прозрачности, таких как создание попечительских советов в отраслях, связанных с организованной преступностью, приписывают снижение влияния мафии в таких городах, как Нью-Йорк и Амстердам [Jacobs et al. 2001; Huisman, Nelen 2007]. В США изменения в демографии и управлении городов, деятельности в них полиции, усиление федерального надзора и совершенствование законодательства привели к снижению уровня коррупции и инфильтрации в жизнь городов традиционных мафий на местном уровне [Reuter 1995].

Прямые стратегии борьбы с мафией в Италии, включающие в себя реформу законодательства и правоохранительных органов, а также мобилизацию гражданского общества, осуществлявшиеся после убийства судей Фальконе и Борселлино в 1992 году, считаются относительно эффективными, по крайней мере на Сицилии [Jamieson, Violante 2000; Schneider, Schneider 2003; Paoli 2007]. В случае с Италией особое внимание уделялось новым методам правоприменения и усилению координации действий полиции, включавшим в себя увеличение сроков расследования, более широкое использование прослушивания телефонных разговоров, провоцирование на уголовно наказуемое деяние, заслушивание в суде государственных свидетелей и криминализацию пособничества мафии [Vigna 2006].

Однако действия государства не всегда приводят к поражению мафии. Крайне жесткий подход к борьбе с наркокартелями в Мексике, применение военной силы в различных районах страны и преднамеренное преследование и убийство главарей картелей, по-видимому, только укрепили власть картелей [Philip, Berruecos 2012]. В этом случае, как представляется, действия государства просто способствовали дроблению раздутых централизованных картелей на более мелкие, более жестокие и мстительные организации, которые труднее уничтожить.

Это дает возможность предположить, что ключевым моментом в развитии мафиозных организаций и их способности предотвратить негативные последствия, как только они испытывают изменение окружающей среды или давление со стороны государства, является их внутренняя структура. Как Паоли [Paoli 2007; 2008], так и Рейтер [Reuter 1995] упоминают плохо поставленную и ретроградную практику рекрутирования, которая вызывает некомпетентность и снижение адаптационных возможностей американской и итальянской мафий. Для Эриксона [Erickson 1981] рекрутирование также является ключевой переменной, влияющей на выживание тайных обществ в целом. Диверсификация деятельности также может иметь непредвиденные последствия, влияющие на живучесть мафии. Например, в Италии неадекватные шаги мафиозных боссов по освоению таких новых рынков, как рынок героина, оказались рискованными и сомнительными, оказав влияние на внутреннюю структуру и преданность членов организации, снижая престиж мафии и терпимость к ее деятельности в обществе, а также привлекая гражданское население на сторону государства.