Римские императоры. Биографический справочник

На римском троне он был не первым выходцем из Мавретании, но первым, кто при восшествии на престол не принадлежал к сословию сенаторов. Более того, своим возвышением он был обязан армии и открыл долгую череду «солдатских императоров», которые занимали трон таким же образом. Мак-рин также хорошо понимал, что его популярность в армии недостаточно прочна и может быстро развеяться, если у солдат возникнут серьезные подозрения в его причастности к убийству Каракаллы, пользовавшегося большой любовью армии; поэтому он не порицал своего предшественника (и жертву), а активно добивался его обожествления. Кроме того, на монетах среди его имен было и имя Север — неизвестно, бьшо ли оно дано ему при рождении, но это кажется маловероятным. Надеясь на установление династии, Макрин поместил на монетах изображение своего девятилетнего сына Диадумена, называя его Антонином Цезарем, «Предводителем Молодежи* (РЫМСЕРБ ГУУЕМТУПБ) и «Надеждой Государства» (БРЕЗ РУВЫСА).

Хотя Макрин занял императорское место, не заручившись предварительно поддержкой сената, сенаторы из ненависти к Каракалле предпочли признать его и поспешно утвердили все его титулы и привилегии. Макрин тактично принес извинения за свое несенаторское происхождение и обещал править подобно Марку Аврелию и Пертинаксу. И хотя сенаторы были не очень довольны назначением Оклантиния Адвента (автора идеи увеличения налогов при Каракалле) городским префектом, восстановление института выездных судей и амнистию политических заключенных они встретили с явным одобрением. Однако все оказалось напрасным, поскольку Макрин не смог сохранить лояльность армии. В первую очередь причиной тому послужило непопулярное политическое решение восточной проблемы. Коронование в Армении Тиридата II, сына взятого Каракаллой в плен монарха, означало выход этой страны из-под римского контроля. Престиж Макрина пострадал еще сильнее после его неудачной попытки остановить парфянского царя Артабана V, который вторгся в Месопотамию, отвергнув предложение императора о мире. Вопреки тому, что в монетной чеканке была увековечена «Победа над Парфией*, трехдневное сражение неподалеку от Нисибиса завершилось не в пользу Макрина, и в начале 218 г. он был вынужден подписать бесславный мир, согласившись освободить пленных и выплатить значительную контрибуцию. Его ветераны потребовали возвращения в родные страны, а новые рекруты очень скоро разочаровались, когда выяснили, сколь мала плата в первые годы службы.

Обстоятельства благоприятствовали «смелой попытке*, и ее осуществила сирийка Юлия Мэса, сестра последней жены Септимия Севера, Юлии Домны. Заручившись поддержкой восточных гарнизонов, она привезла своего четырнадцатилетнего внука Бария Авита Бассиана (Элагабала), жреца из города Эмесы, в штаб-квартиру финикийского легиона в Рафнеях и 16 мая провозгласила его императором. Время было очень удобным для восстания, потому что угроза со стороны Пар-фии, которая могла оказаться гибельной как для императора, так и для восставших, осталась позади, а у Макрина не хватало времени, чтобы перебросить войска с Данувия и Рейна. Он отправил на подавление беспорядков кавалерию во главе с префектом претория Ульпием Юлианом, но солдаты убили Юлиана и перешли на сторону претендента. Тогда Макрин перебрался в Аламею, где в целях укрепления будущей династии объявил своего сына Диадумена Августом и выпустил в Антиохии монеты в честь этого события с надписью «Счастье века* (FELICITAS TEMPORVM). Он также постарался добиться расположения к себе, отменив прежнее понижение платы солдатам и пообещав им огромные премиальные. Тем не менее в последовавшей битве целый легион предал Макрина, и ему пришлось поспешно бежать в Антиохию. Наместники Финикии и Египта остались ему верны, но не могли оказать помощь достаточно быстро, поскольку значительные силы противника под командованием Ганниса, евнуха Бария Авита, совершили стремительный марш навстречу императору и нанесли ему решающее поражение в битве, состоявшейся в двадцати четырех милях от Антиохии. В этот день, 8 июня, Макрин потерял большую часть своих войск. Скрываясь от военной полиции, он бежал на коне в Европу, но в Халкедоне, недалеко от Босфора, какой-то центурион опознал и арестовал его. Он проделал долгий обратный путь в Антиохию, где и был казнен. Диадумена, попытавшегося бежать в Парфию, ждала та же участь.