Римские императоры. Биографический справочник

После убийства на наивысшую власть при дворе рассчитывал Петроний Максим, но Гераклий убедил императора, что такое решение будет ошибочным. Тогда Петроний вместе с двумя скифами (или гуннами), Оптилой и Траустилой, горевшими желанием отомстить за своего бывшего начальника Аэция, составил заговор. 16 марта 455 г., вскоре после того как Валентиниан отметил тридцатилетие правления и восьмое консульство выпуском золотых монет и медальонов, они вместе с ним проезжали по Марсову полю. Император спешился, чтобы поупражняться в стрельбе из лука. Тогда Траустила расправился с Гераклием, а Оптила ударил императора в лицо и в висок, нанеся ему смертельные раны.

В свои последние годы Валентиниан III, как и его мать, проживал в Риме. В этом городе его весьма привлекала доступность многочисленных удовольствий, но при этом он находил время, чтобы издавать суровые указы против манихейской ереси, и предпринял решительные действия для возвышения власти папы Римского. Этому был посвящен его знаменитый указ 444 г., изданный совместно с папой Львом I Великим, которому он давал верховную власть над провинциальными церквами, хотя многие из них до тех пор отказывались признавать это.

Учитывая огромный интерес Валентиниана к религиозным вопросам, есть все основания полагать, что он оказывал всемерную поддержку «Сикстинскому возрождению» в архитектуре, названному так в честь папы Сикста III, который занимал святой престол в 432—440 гг. Это течение, стремившееся к возрождению античных форм, нашло наиболее блестящее выражение в римской церкви Санта Мария Маджоре (называемой также Либериевой Базиликой, хотя церковь папы Либерия, воздвигнутая в 352—366 гг., находилась где-то в другом месте). Просторное внутреннее помещение базилики сохранилось в первозданном виде до нашего времени, сорок колонн разделяют его на широкий неф и боковые приделы. Между верхними окнами располагались сорок два мозаичных панно (двадцать семь из них сохранились до наших дней). Каждая мозаика представляла собой красочную классическую иллюстрацию к какому-нибудь эпизоду Ветхого Завета — наиболее древний сохранивщийся цикл подобного рода, возможно, позаимствованный из иллюстрированных книг. Другие мозаики, помешенные на триумфальной арке, которая отделяет алтарь, посвящены младенчеству Иисуса и уделяют особое место роли Девы Марии, чей титул «Богоматери» был торжественно подтвержден Третьим Вселенским Собором в Эфесе.

Однако столицей империи теперь был не Рим, а Равенна, и по инициативе Галлы Плацидии ее тоже украсили произведениями архитектурного и изобразительного искусства по образцу великих художников Константинополя, дабы город превратился в подлинную имперскую резиденцию, достойную этого названия. О том, как выглядела большая церковь Святого Креста, построенная в 425 г. и имевшая в соответствии с названием крестообразную форму, известно только по раскопкам. Однако сбоку от протяженного нартекса обнаружилось маленькое куполообразное строение с цилиндрическим сводом, которое сочетает в себе черты императорской гробницы и часовни мученика и известно под названием мавзолея Галлы Плацидии. В действительности там находились останки не только ее, но и ее мужа, Констанция III, и сводного брата Гонория. Изнутри здание украшено мозаиками, выложенными на небесно-голубом фоне. Над входом изображен Добрый Пастырь со своим стадом, на противоположном тимпане — сцены мученичества святого Лаврентия, а по бокам — волы утоляют жажду из Святого источника. Подобно мозаикам в римской церкви Санта Мария Маджоре, эти изображения уже носят в себе черты того, что впоследствии превратилось в знаменитое декоративное искусство Византии, но в то же время они сохраняют скульптурную точность, глубоко укоренившуюся в традиционном греко-римском реализме.

Дальнейшее развитие этого стиля можно проследить по другой религиозной постройке в Равенне, Баптистерию — восьмиугольному зданию, построенному или перестроенному около 400 г. Во время епископства Неона над ним возвели купол. Его многоцветная образная мозаика, которой украшено все внутреннее помещение, целиком посвящена обряду крещения. Фигуры и здесь изображены классически, их одежды свободно ниспадают в соответствии с позами, но ноги больше не касаются земли, а стебли акантов, отделяющие одного святого от другого, подверглись сильной стилизации: натурализм эллинистической традиции смешивается с формальными восточными мотивами, создавая полноценный византийский стиль, который должен был окончательно проявиться в самом скором времени.