Рискованная игра Сталина в поисках союзников против Гитлера, 1930-1936 гг.

Архитектура безопасности Европы в межвоенный период зависела главным образом от двух стран: Великобритании и Франции, причем «первая скрипка» принадлежала Лондону. Это связано не только с более стабильным и богатым финансово-экономическим состоянием Британской империи и ее колоний, но и с политической неустойчивостью Кабинета министров в Париже. Там постоянно менялись премьеры, министры, послы, советники, что существенно осложняло выработку последовательной политики, а главное ее преемственности.

Карлей показывает, что западная элита не была едина в своей враждебности к СССР. Во многих странах были политики, готовые к сотрудничеству с Советским Союзом. По словам будущего министра иностранных дел Британии Э. Идена, «говорить о том, что европейский мир можно построить без СССР нелепость. Это ясно всякому». Это было ясно и У. Черчиллю в преддверии и во время войны. Во Франции премьер-министр и министр иностранных дел Ж. Поль-Бонкур, министр иностранных дел Л. Барту, министр и председатель Палаты депутатов Э. Эррио, парламентарий и министр Ж. Мандель отстаивали необходимость сотрудничества с СССР. Президент Ф. Рузвельт сделал Соединенные Штаты союзником Москвы. В Восточной Европе министр иностранных дел Румынии Н. Титулеску в 1932–1936 годах пропагандировал идею сохранения мира. Но они были в меньшинстве.

Далеко не всем в правящих элитах западных стран хотелось иметь дело с Кремлем. Германия, несмотря на риторику и действия нацистов, казалась более естественным и надежным партнером против коммунизма.

В книге приводится красноречивый пример. На одном из обедов рядом с советским полпредом И. М. Майским сидел консерватор, министр здравоохранения Великобритании Эдуард Хилтон Янг военный, потерявший руку на Первой мировой войне, весь в орденах и медалях. И он произнес следующее: «Военная опасность со стороны Германии? Чепуха. Все эти толки страшно преувеличены. А если опасность даже есть, какое нам, англичанам, до этого дело? Мы имели глупость во время последней войны послать на континент миллионную армию, — больше этого никогда не будет. Хватит повоевали. Если Германия и СССР подерутся, это их частное дело. Нам даже будет выгодно: обе стороны ослабеют, а мы будем торговать». Майский отметил, что «в голове у Хилтона Янга не хватает каких-то клепок». Однако многие британские консерваторы и не скрывали, что «рассматривали гитлеровскую Германию как бастион, который должен защитить Европу от СССР и засилья коммунизма. Они с радостью развязали бы Гитлеру руки на востоке, какой бы глупой ни была эта идея», сказал Майскому заместитель министра иностранных дел Соединенного королевства Роберт Ванситтарт.

Профессор Карлей отмечает, как умело нацисты пользовались нежеланием Европы воевать и страхом правящих классов перед «большевизацией» Европы. Параллельно Гитлер выставлял себя в виде исполнителя воли униженной и оскорбленной нации и якобы добивался «справедливости» и изменения «унизительных» условий Версальского договора. Среди его аргументов был следующий: если Германия вернет утраченные территории или получит какие-то колонии, то можно будет создать прочный мир для всей Европы. Подобные заверения фюрера принимались во многих столицах за чистую монету. Часть западных политиков склонялась к мысли, что «несправедливости» прошлого можно легко устранить, договорившись с господином Гитлером. При этом, лично фюрер, встречаясь с западными лидерами и дипломатами, производил на них весьма благоприятное впечатление. Его воспринимали как человека европейской культуры, с которым можно и нужно иметь дело.

Резкая критика Германии со стороны наркома иностранных дел М. М. Литвинова вызывала у многих его оппонентов насмешку. Им казалось, что он сильно преувеличивает. Когда же нарком ссылался на книгу фюрера «Майн кампф», то ему отвечали, что это старомодное издание, потерявшее свою актуальность. Сейчас мы видим, что прав был именно Литвинов и его прозорливость нельзя не отметить. Вообще, портрет Литвинова, воссозданный на страницах книги, это, бесспорно, одна из удач автора.

Для нас, создателей книжной серии «Реальная политика», издательства «Кучково поле» и Института внешнеполитических исследований и инициатив, монография Майкла Джабары Карлея — это мощное продолжение усилий по исследованию межвоенного периода. В 2018 году, к 80-летию Мюнхенского сговора, мы опубликовали сборник материалов российских историков «Мюнхен — 1938: Падение в бездну Второй мировой». В следующем году, к 80-летию подписания договора о ненападении между Германией и Советским Союзом, мы выпустили в свет сборник «Антигитлеровская коалиция — 1939: Формула провала».

Фундаментальный труд профессора Карлея — это самый верный путь к пониманию событий и процессов предвоенного десятилетия.

Сергей Кудряшов,руководитель Центра по изучению историиВеликой Отечественной войны,Институт российской истории РАН