Романы Ильфа и Петрова

"Эти молодые люди, для которых их „дело" было превыше всего, поначалу держались с Горьким довольно сурово... „Как ты тут живешь, — заговорили они, едва войдя в красивую удобную виллу, — словно какой-нибудь буржуй. И почему, собственно, ты не возвращаешься в Россию?"... Горький великолепно рассказывал об этой сцене, восхищаясь раскованностью и свободой нового поколения, без тени обиды на бесцеремонность этих людей. ,До чего же мы были не похожи на них, — повторял он без конца, — были забитые, были порывистые, но ни у кого не было уверенности в себе... Я и вправду до последней минуты все раздумывал, а не бросить ли мне все как есть... и уйти на пару недель в море с такими вот молодыми ребятами, на их судне. Я заново понял бы, что такое Россия"" [С. Цвейг, Вчерашний мир, 387].

Отметим в трех эпизодах пересечение деталей: непонимание молодыми буржуазной роскоши; обращение младших к старшему и знаменитости запросто на "ты" (в рассказе Цвейга и в ЗТ); размышления героя о том, что в "их" годы он был другим; соблазн обменять обеспеченную жизнь на романтический, неустроенный мир новых людей (у Цвейга и в ЗТ, где "грубиян Паровицкий", хлопнув Остапа по плечу, зовет его поступить к ним в политехникум, и т. д.).

34//9

...переключите избыток своей энергии на выполнение какого-нибудь трудового процесса. Пилите дрова, например. Теперь есть такое течение. — Возможный отголосок стихов Маяковского: Любить — / это значит: / в глубь двора // вбежать, /и до ночи грачьей, // блестя топором, / рубить дрова, // силой / своей / играючи [Письмо товарищу Кострову из Парижа о сущности любви (1928); отмечено в кн.: Яновская, 60]. Ср. у него же: "От любви надо мосты строить и детей рожать..." [Клоп, карт. 6]. Стихи Маяковского цитирует в своих воспоминаниях В. Катаев [Разбитая жизнь, 503]. Сатира соавторов касается утилитарных и антиромантических концепций любви среди молодежи 20-х гг., отразившихся в ряде литературных произведений [ср.: Гумилевский, Собачий переулок; Третьяков, Хочу ребенка, и др.]. Колка и пилка дров и вправду была заметным "течением". В огоньков-ском "Окне в мир" можно было видеть "усиленно пропагандирующего все виды спорта" Бернарда Шоу за пилкой дров [Ог 01.1929]. Там же очерк о Кисловодске, где отдыхающие санатория соревнуются за право колоть дрова: "Получившие разрешение... были счастливы: встали в очередь, строго следили, чтобы предыдущий не крал лишних минут удовольствия" [Грамен, В Кисловодске зимою, Ог 05.12.29].

34//10

Что ж вы, черти, приуныли? — Из песни о Стеньке Разине ("Из-за острова на стрежень", см. ЗТ 26//2): Что ж вы, черти, приуныли, / Эй ты, Филька, черт, пляши! / Грянем, братцы, удалую / На помин ее души... Есть определенное созвучие между песней и данной сценой романа: в обоих случаях герой совершает широкий жест, будучи раззадорен своими спутниками, однако тех его поступок не удовлетворяет, а приводит в уныние.

34//11