Читаем Ромен Гари, хамелеон полностью

не столько как на белых, сколько как именно на евреев… Впрочем, мысль об антисемитизме среди чернокожих кажется мне очень даже привлекательной. Мне приятно осознавать, что чернокожие тоже не могут обойтись без евреев{588}.

Вершина парадокса, на взгляд уставшего от всех этих передряг Гари, в том, что многие из обвинителей сами евреи. Их родители «еще гнили в гетто в перерывах между погромами, а в США уже не существовало рабства».{589}

Эти знаменитости, вручавшие «черным пантерам» пухлые конверты, набитые долларами, чтобы облегчить свою совесть, никогда не бывали ни в Уотсе, ни в Крэмптоне — близлежащем негритянском квартале, где во время беспорядков погибли тридцать два человека.

У Гари были все основания волноваться: Джин познакомилась с человеком, рядом с которым вся ее жизнь пойдет под откос прямиком к гибели. Это был Хаким Абдулла Джамаль, глава движения Малкольма X{590}, Организации афроамериканского единства (ОААЕ) и «Республики Новая Африка» (РНА).

Настоящее имя Хакима Джамаля — Алан Дональдсон; он родился 28 марта 1933 года в нижней части Роксбери, штат Массачусетс. Мать ушла из семьи, когда ему было шесть лет, а мужчина, который дал ему свою фамилию, не был ему отцом. Братья и сестры, среди которых не было чернокожих, говорили, что нашли его в мусорном ящике. В десять лет Алан впервые попробовал спиртное. В девятнадцать лет его выгнали из армии из-за пристрастия к героину, а вскоре Алан Дональдсон был приговорен к сорока годам лишения свободы за попытку убийства и похищение водителя такси. Таксист спасся только благодаря тому, что нашел в себе самообладание включить радиопередатчик, предназначенный для связи со станцией. Благодаря тому, что разговор с преступником прослушивался, полицейские смогли найти машину. Уже через четыре года Алан Дональдсон был выпущен на свободу под залог. В тюрьме его больше всего пугали крысы и заключенные, которые предлагали ему на выбор «либо спустить штаны, либо бритвой по горлу»{591}. Тем не менее вскоре после освобождения он вновь попытался убить человека. На этот раз Алан Дональдсон был помещен в психиатрическую лечебницу, где воровал спирт и разводил в нем кокаин.

Его вновь выпустили на свободу, и после многочисленных случайных связей он женился на Дороти Дерхэм из штата Джорджия, дальней родственнице Малкольма X. Это была красивая, здоровая женщина, которая родила ему шестерых детей. Дональдсон выучился на линотиписта, работал сдельно в газете «Геральд икзэминер» и порнографическом журнале. Когда Алану Дональдсону было двадцать шесть лет, он услышал проповедь Малкольма X, обратился в ислам, примкнул к движению негров-мусульман и перешел с кокаина и героина на ЛСД. Он утверждал, что лично знаком с Малкольмом X, и основал в его память в Лос-Анджелесе школу «Монтессори».


28 июня 1964 года в Нью-Йорке Малкольмом X, лидером движения «Маслим Моек Инкорпорейтед» (ММИ), было официально заявлено о создании ОААЕ. Малкольм X зачитал речь, в которой заявлял, что в ряды его нового движения наряду с чернокожими американцами входят и жители африканского континента. Цель деятельности движения — добиться гражданского равноправия чернокожих, пусть даже путем обращения в ООН, если это окажется необходимо. В программу движения входило улучшение ситуации с образованием и культурой среди чернокожего населения и реформы в социально-политической сфере. Малкольм X был убит в Нью-Йорке 21 февраля 1965 года на съезде ОААЕ. Его место главы организации с 28 февраля 1966 года заняла его сводная сестра, которую позже сменил Хаким Джамаль.

Перейти на страницу:

Все книги серии Имена (Деком)

Пристрастные рассказы
Пристрастные рассказы

Эта книга осуществила мечту Лили Брик об издании воспоминаний, которые она писала долгие годы, мало надеясь на публикацию.Прошло более тридцати лет с тех пор, как ушла из жизни та, о которой великий поэт писал — «кроме любви твоей, мне нету солнца», а имя Лили Брик по-прежнему привлекает к себе внимание. Публикаций, посвященных ей, немало. Но издательство ДЕКОМ было первым, выпустившим в 2005 году книгу самой Лили Юрьевны. В нее вошли воспоминания, дневники и письма Л. Ю. Б., а также не публиковавшиеся прежде рисунки и записки В. В. Маяковского из архивов Лили Брик и семьи Катанян. «Пристрастные рассказы» сразу вызвали большой интерес у читателей и критиков. Настоящее издание значительно отличается от предыдущего, в него включены новые главы и воспоминания, редакторские комментарии, а также новые иллюстрации.Предисловие и комментарии Якова Иосифовича Гройсмана. Составители — Я. И. Гройсман, И. Ю. Генс.

Лиля Юрьевна Брик

Биографии и Мемуары / Литературоведение / Документальное

Похожие книги

100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное