Ромен Гари, хамелеон

В отношениях Джин с Джамалем было всё, чтобы удовлетворить самые немыслимые фантазии белой девушки, воспитанной в пуританской строгости. Она походила на героинь фильмов Ингмара Бергмана. Она отдалась Джамалю всем сердцем, а он осыпал ее самыми грязными и отвратительными ругательствами. Какова бы ни была роль Джин в истории чернокожего движения США, для Джамаля и его семьи она оставалась white bitch, «белой шлюхой», которая в поисках острых ощущений забавляется с негром. На это она отвечала, что у него, как и у многих других чернокожих, в жилах течет и белая кровь, ведь их бабушки были служанками у белых господ, которые беззастенчиво ими пользовались. Но на самом деле оскорбления Джамаля были Джин даже приятны, они как-то ее успокаивали, заглушали чувство вины: в них она видела заслуженное наказание. Она боялась, что он ее ударит — Джамаль был груб, невежествен, неопрятен, — но заявляла, что предпочитает воспитанным и образованным людям хамов.

Чернокожие американцы считали, что их веками эксплуатировали, тогда как Америка, по их мнению, была построена в некотором смысле их руками. Поэтому они не желали делиться с белыми, а только требовали: «Верните нам деньги за все годы рабства!»^{595} Гари замечает, что в сознании необразованной части чернокожего населения остались живы все американские стереотипы девятнадцатого века. Вот почему, считает он, в негритянских гетто процветают расизм, нацизм и фашизм. Чернокожие отвергали американское общество потребления, в которое не могли влиться, и хотели вместо него построить «общество провокации».

В беседе с Джамалем Джин старалась подражать негритянскому акценту, а он называл ее белой дурой. Звоня ему по телефону, она представлялась кодовым именем — Ализой или Аретой, потому что знала, что все их разговоры прослушиваются агентами ФБР. Если Джамаль не успевал в конце разговора бросить трубку, она на прощание говорила ему: Power![86]

С самого начала Гари понимал, в какую катастрофу выльется тесное общение Джин с «черными пантерами», но все попытки образумить мать своего сына встречались враждебно.

Тем не менее роман «Белая собака» увидел свет: эта жестокая, трагическая притча, частично автобиографическая, в 1970 году печаталась частями в журнале «Лайф», потом вышла отдельным изданием в World Publishing Company и, наконец, в том же году была опубликована издательством «Галлимар». В этой книге Гари соединил то, что он на личном опыте узнал о движениях в защиту прав чернокожих, и печальную историю подобранной им немецкой овчарки Батьки.

Таких собак, как Батька, американские негры называли white dog, «белый пес», поскольку он был специально обучен кинологами из американской полиции нападать на чернокожих. Он жил у отставного полицейского, а когда машина хозяина вдруг загорелась, сбежал. Сэнди привел Батьку к Гари, и тот очень скоро начал считать пса членом семьи. Это была добрая и общительная собака, за исключением тех случаев, когда в дом приходил кто-нибудь с черным цветом кожи. Тогда Батька начинал яростно лаять, брызгая слюной, набрасывался на посетителя, вцеплялся в него зубами и крепко держал. Гари, чувствуя, что не может ни оставить такую собаку, ни выбросить ее на улицу, вздумал «перевоспитать» Батьку. Дм этого он отдал его Джеку Каррутерсу, который держал частный зоопарк в Сан-Фернандо Вэлли. Его дрессированные питомцы выступали актерами в кино. Но Кис, молодой чернокожий служащий Каррутерса, решил самым садистским образом, так сказать, «промыть Батьке мозги», чтобы потом с его помощью поквитаться с белыми.