Читаем Ромул. Основатель Вечного города полностью

Такова легенда, как ее рассказывали поэты древности. Очевидно, что такие истории сочиняются для слушателей, которые желают забав и развлечений, а не точных знаний. Конечно, в правдивости подобных историй никто не сомневался, и вера в их достоверность разжигала интерес слушателей. Нам эти истории представляются занимательными, но мы не можем разделить глубокие и искренние чувства, которые вызывали эти сочинения у слушателей той эпохи; мы не можем, как они, верить в них. Такие истории, даже если бы их разыгрывали великие актеры современности, не вызвали бы у публики большого интереса, ибо широкое распространение современных знаний в истории и философии не позволит слушателям поверить в их правдивость. Но те, для кого предназначалась история Европы, не могли знать, насколько широко Средиземное море и может ли бык переплыть его. Они не знали, что Марс не может иметь сына-дракона, а из зубов этого дракона, брошенных в землю, не может вырасти вооруженное войско. Поэтому они слушали эти истории с глубоким интересом, усиленным необыкновенным искусством чтецов. Они слово в слово пересказывали эти легенды друг другу у костров в военных лагерях, на пирах, и в походах, и в горах, охраняя свои стада. Так эти легенды переходили из поколения в поколение, пока использование букв, которым научил их Кадм, не упростилось настолько, что с их помощью стало возможно записывать их длинные рассказы. Тогда начали записывать их в различных формах, и они дошли до настоящего времени без каких-либо дальнейших изменений.

Глава 2

Алфавит Кадма

Существуют две различные модели, позволяющие передавать слова и предложения с помощью знаков, воспринимаемых глазом. Первая модель – это символическое

письмо, а вторая – письмо с помощью фонетических символов. Внутри каждой из этих систем могут существовать многообразные формы, но мы рассмотрим самые важные отличия этих классов друг от друга.

Символическое письмо состоит из символов, предназначенных, каждый по отдельности, для обозначения понятий или предметов. Характерным примером символического письма может служить фигура, часто используемая в качестве архитектурного украшения церквей как эмблема божественного. Она состоит из треугольника, представляющего Троицу, внутри которого изображен глаз.

Глаз символизирует божественное всезнание. Подобный знак символизирует такое понятие, как Иегова, или Бог, обозначая Высшее Существо. Он представляет собой идею, а не одно из конкретных слов, которыми эта идея выражается.

Во всем мире первые надписи, с помощью которых люди хотели сохранить память о каких-либо событиях, носили подобный характер. Вначале изображения, предназначенные для этой цели, были рисунками, на которых изображалось памятное событие. Со временем сформировались определенные правила сокращений, которые использовали вместо полного изображения, и так сформировалась система иероглифических символов, обозначающих понятие или предмет, а не звуки речи. Эти символы обычно называют иероглифами, хотя, если быть точным, это слово нельзя применять в качестве термина, так как было установлено, что часть египетских иероглифов может быть отнесена ко второму из описываемых нами классов, в котором символы представляют звуки или слоги слов, а не понятия и предметы.

Так произошло, что в ряде случаев символы, использовавшиеся в древние времена, сохраняли сходство с предметами, которые обозначали, а в других случаях их вид был произвольным. Так, изображение скипетра означало короля, льва – силу. Два воина – один со щитом, а другой, наступающий на первого, с луком и вложенной в него стрелой, – обозначали битву. И в наши дни мы используем сходный символ на географических картах: символ, образованный двумя скрещенными мечами, показывает, что в данном месте было сражение.

Древние жители Мексики пользовались системой письма, в основу которой также положено символическое представление. Их знаки, по крайней мере большая их часть, имели сходство с предметами. Различные города обозначались рисунками наиболее характерных для них объектов: растение, ремесленное изделие или любая другая вещь, по которой это место можно легко отличить от остальных. К примеру, на одном из рисунков был символ, изображавший короля, и перед ним четыре головы. Рядом с каждой головой был изображен символ столицы провинции, подобный тому, что были описаны выше. В целом значение этой записи сводилось к следующему: после какого-то восстания король велел обезглавить правителей этих четырех городов.

Перейти на страницу:

Все книги серии Nomen est omen

Ганнибал: один против Рима
Ганнибал: один против Рима

Оригинальное беллетризованное жизнеописание одного из величайших полководцев в мировой военной истории.О Карфагене, этом извечном враге Древнего Рима, в истории осталось не так много сведений. Тем интересней книга Гарольда Лэмба — уникальная по своей достоверности и оригинальности биография Ганнибала, легендарного предводителя карфагенской армии, жившего в III–II веках до н. э. Его военный талант проявился во время Пунических войн, которыми завершилось многолетнее соперничество между Римом и Карфагеном. И хотя Карфаген пал, идеи Ганнибала в области военной стратегии и тактики легли в основу современной военной науки.О человеке, одно имя которого приводило в трепет и ярость римскую знать, о его яркой, наполненной невероятными победами и трагическими поражениями жизни и повествует эта книга.

Гарольд Лэмб

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

100 знаменитых отечественных художников
100 знаменитых отечественных художников

«Люди, о которых идет речь в этой книге, видели мир не так, как другие. И говорили о нем без слов – цветом, образом, колоритом, выражая с помощью этих средств изобразительного искусства свои мысли, чувства, ощущения и переживания.Искусство знаменитых мастеров чрезвычайно напряженно, сложно, нередко противоречиво, а порой и драматично, как и само время, в которое они творили. Ведь различные события в истории человечества – глобальные общественные катаклизмы, революции, перевороты, мировые войны – изменяли представления о мире и человеке в нем, вызывали переоценку нравственных позиций и эстетических ценностей. Все это не могло не отразиться на путях развития изобразительного искусства ибо, как тонко подметил поэт М. Волошин, "художники – глаза человечества".В творчестве мастеров прошедших эпох – от Средневековья и Возрождения до наших дней – чередовалось, сменяя друг друга, немало художественных направлений. И авторы книги, отбирая перечень знаменитых художников, стремились показать представителей различных направлений и течений в искусстве. Каждое из них имеет право на жизнь, являясь выражением творческого поиска, экспериментов в области формы, сюжета, цветового, композиционного и пространственного решения произведений искусства…»

Мария Щербак , Илья Яковлевич Вагман

Биографии и Мемуары
Лобановский
Лобановский

Книга посвящена выдающемуся футболисту и тренеру Валерию Васильевичу Лобановскому (1939—2002). Тренер «номер один» в советском, а затем украинском футболе, признанный одним из величайших новаторов этой игры во всём мире, Лобановский был сложной фигурой, всегда, при любой власти оставаясь самим собой — и прежде всего профессионалом высочайшего класса. Его прямота и принципиальность многих не устраивали — и отчасти именно это стало причиной возникновения вокруг него различных слухов и домыслов, а иногда и откровенной лжи. Автор книги, спортивный журналист и историк Александр Горбунов, близко знавший Валерия Васильевича и друживший с ним, развенчивает эти мифы, рассказывая о личности выдающегося тренера и приводя множество новых, ранее неизвестных фактов, касающихся истории отечественного спорта.

Александр Аркадьевич Горбунов

Биографии и Мемуары
Истребители
Истребители

Воспоминания Героя Советского Союза маршала авиации Г. В. Зимина посвящены ратным делам, подвигам советских летчиков-истребителей в годы Великой Отечественной войны. На обширном документальном материале автор показывает истоки мужества и героизма воздушных бойцов, их несгибаемую стойкость. Значительное место в мемуарах занимает повествование о людях и свершениях 240-й истребительной авиационной дивизии, которой Г. В. Зимин командовал и с которой прошел боевой путь до Берлина.Интересны размышления автора о командирской гибкости в применении тактических приемов, о причинах наших неудач в начальный период войны, о природе подвига и т. д.Книга рассчитана на массового читателя.

Артем Владимирович Драбкин , Георгий Васильевич Зимин , Арсений Васильевич Ворожейкин

Биографии и Мемуары / Военная документалистика и аналитика / Военная история / История / Проза